Россия и Дон. История донского казачества 1549—1917
- Автор: Сватиков Сергей Григорьевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-227-09122-2
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Россия и Дон. История донского казачества 1549—1917». Краткое содержание книги:
Сватиков изучил колоссальное количество монографий, общих трудов, статей и различных материалов, которые до него в отношении Дона не были проработаны. История казачества представляет громадный интерес как ценный опыт разрешения самим народом вековых задач построения жизни на началах свободы и равенства. В последнее время научные выводы Сватикова, касающиеся казачьей истории, оказались востребованными зарубежными и отечественными исследователями. Книга обстоятельна, глубока и будет интересна не только профессиональным историкам.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Присяга эта, изложенная здесь, к сожалению, в пересказе, хотя и довольно точном, должна дать нам указание на изменения, внесенные во взаимные отношения между Москвою и Доном. Как ни глядеть на широту государственной автономии, которой пользовался Дон в течение еще 50 лет (1671–1721), надо признать, что с 1671 г. казаки стали подданными царя, а Донская колония вошла в состав Российского государства. Автономия эта была гораздо шире той, которой пользовалась Малороссия с 1654 г. под «гетманским региментом».
В самом деле, присяга не коснулась внутренних распорядков республики, прав народного собрания, прав граждан. Цель ее была обезопасить Москву: 1) от самозванцев, ибо и Разин имел в своем багаже «царевича Алексея Алексеевича»; 2) от попыток свержения династии и замены ее другой (русской или иностранной); 3) от организации на донской территории предприятий, подобных разинскому.
Главный удар наносила присяга 1671 г. праву убежища политического. Право принимать беглецов по причинам социальным и религиозным не было пока подвергнуто сомнению. Но враги Московского государства не могли более себе находить приюта на Дону. Они подлежали выдаче на Москву для суждения по законам царства. Даже граждане республики подлежали выдаче, если они были главными «заводчиками». Остальных предоставлялось «казнить смертию» по «войсковому праву».
Второе ограничение, которое налагала Москва, касалось права иностранных сношений. Об «азовцах» не было сказано ни слова. Но «поляки, немцы и татары», то есть король Польский, европейские государства и хан Крымский, попали в список тех, с кем Дон не должен уже был сноситься помимо Москвы. Даже калмыков можно было лишь «увещевать» на предмет «службы государю с казаками».
Таким образом, вместо прежнего устного обещания «служити и прямити, как прежним государям», была дана присяга. Присягу эту нельзя назвать общей присягой на верность, какую давали все подданные при начале нового царствования. Подобная присяга дана была впервые лишь в 1676 г., при вступлении Феодора Алексеевича. Присяга 1671 г. была присягой «на случай», подобно той, которую казаки принесли впоследствии, в 1705 г., по случаю восстания в Астрахани. Но тем не менее и упорный отказ казачества, в течение 122 лет, приносить присягу, и сопротивление круга в августе 1671 г. все это говорит, что обе стороны ясно понимали значение присяги. Она дала Москве основание для постепенного вторжения в область внутренней жизни Войска. Вслед за требованием выдачи по причинам политическим появились требования выдачи раскольников, сперва под политическими предлогами, а потом и просто; потом – требование о неприеме и выдаче беглых крестьян и т. д. Затем стал на очереди вопрос о самом республиканском строе и о государственной автономии.
Интересно отметить еще одну черту в этой картине. В связи с присягой Москва попыталась сделать перепись казаков, при этом в такой форме, чтобы списки исправно пополнялись и впредь. Впервые рука московского правительства протянулась к гражданам колонии через голову ее выборной власти. Недаром одной из основ донской вольности было положение: «число на Дону не живет», и «переписи на Дону не повелось». Беглецы из Московского государства хорошо знали, что значила «перепись». Это был символ отягощения податями потери личной свободы. Для казаков «перепись» была первым шагом по пути превращения их из вольных в служимые. На первое время цель Москвы была весьма скромная, как ей казалось. Ей хотелось прекратить легальный доступ в граждане колонии тем, кто бежал из царства.
Присягою 1671 г. закончился период свободного развития донского народоправства и начался период долгой борьбы – сперва за донскую государственность, потом за автономию и привилегии.