Князь Меттерних. Человек и политик

III

Во многом царь оказался прав. Пути консервативных держав во второй половине 40-х гг. существенно разошлись, хотя сила инерции союза была еще весьма велика. Под влиянием множества исторических и политических обстоятельств Австрия дрейфовала навстречу орлеанской Франции, которая со своей стороны видела в Габсбургской монархии естественного союзника. Впрочем, у Луи-Филиппа и не было другого исхода, так как Россия его откровенно игнорировала, Англия же в лице Пальмерстона постоянно стремилась унизить.

Конечно, и австро-французские отношения были далеки от идиллии. Суть французской политики Меттерниха глубоко и емко раскрыл Г. фон Србик: канцлер думал не столько о союзе с Францией, сколько о том, чтобы вовлечь ее в консервативное русло[1063].

Как уже говорилось, диалог Меттерниха с Луи-Филиппом разворачивался при посредстве венского посла в Париже графа Антона Аппоньи. Нередко депеши канцлера в гораздо большей мере предназначались для короля французов, чем посла. Луи-Филиппу кажется, что князю трудно ориентироваться в перипетиях политической жизни Франции, ведь он не был в этой стране с 1825 г. Но самоуверенный канцлер полагает, что он и без того достаточно глубоко разбирается во всем, что происходит во Франции.

Так, в одной из депеш, относящихся к началу 1840 г., Клеменс берется рассуждать о специфике Июльской монархии. Начинает он с времен Генриха IV. Истоки современной слабости монархического строя Меттерних находит в XVII в., когда, по его мнению, разрывается связь между народными массами и тронами. Интересно, что далее он высказывает мысль, напоминающую идею Токвиля. Революция 1789 г. всего лишь разрушила формы, а старая монархия к тому времени уже фактически перестала существовать. Следствием революционных потрясений явилась ужасная анархия, и, воспользовавшись усталостью масс, гениальный солдат конфисковал революцию в свою пользу. Меттерних воздает должное Бонапарту за восстановление власти. Однако после падения его империи при короле Людовике XVIII возникает порядок, именуемый монархией, тогда как фактически королевский трон находится в окружении республиканских институтов[1064]. А монархия, родившаяся в 1830 г., уже и базируется на республиканских принципах.