Начало Руси. 750–1200

3. Монахи

В своем обращении к Мономаху в 1113 г. недовольные киевляне особо подчеркнули угрозу напасть на монастыри. Если бы Мономах не пришел править в Киеве и тем не предотвратил разграбление монастырей, ответственность за эти бесчинства пала бы на него. Рост численности монастырей и монашества относится к самым примечательным чертам в бурном развитии городов второй половины XI в. Они были признаком процветания, так как монастыри основывались и украшались, главным образом, на средства от пожалований и пожертвований богатых покровителей, стремившихся увеличить свои заслуги перед церковью и обеспечить место погребения для себя и для родственников. Монастыри, в свою очередь, начали играть важную роль в экономической, социальной, политической и религиозной жизни города. Они способствовали спросу на дорогие предметы церковного убранства и, соответственно, их производству. Некоторые монастыри обзавелись крупными самостоятельными хозяйствами, с собственными мастерскими, землями, зависимыми людьми. Князья и бояре прислушивались к мнению монахов как своих духовных отцов и авторитетных судей в нравственных и политических вопросах жизни общества в целом. Монастырские строения определенным образом моделировали городскую среду, создавая впечатление о принадлежности Руси к христианскому миру. Труды же самих монахов оказывали глубокое воздействие на формирование и на характер зарождающейся христианской культуры.

Когда же на Руси зародилось монашество? Как обычно, мы можем достаточно уверенно проследить его историю, двигаясь вглубь времен до середины XI в., а дальше свидетельства источников утрачивают достоверность и становятся туманными. Это в известной мере объяснимо. История русского монашества, как и монашества вообще, не имеет конкретной точки отсчета, ведь она развивалась непрерывно, от уединенного отшельника, избравшего созерцательную жизнь, до крупного организованного монастырского сообщества. Иларион пишет о появлении монастырей при Владимире, но «Повесть временных лет» утверждает, что «монастыреве починаху быти» лишь в правление Ярослава.[704] Согласно летописи, некто Антоний, постриженный в монахи на «Святой Горе» (скорее всего, на Афоне), вернулся в Киев, «и ходи по манастыремъ», после чего поселился в пещере в Берестове. На этом месте впоследствии и образовался Печерский монастырь. Одна из редакций «Киево-Печерского патерика» повествует о том, что Антоний побывал на Святой Горе еще при жизни Владимира (т. е. не позже 1015 г.), но в летописи говорится, что он отправился в свое паломничество лишь после того, как Илариона назначили митрополитом (т. е. не раньше 1051 г.).[705] В одном из афонских документов 1016 г. присутствует подпись некоего «Герасимоса игумена монастыря rhos». Хронологическое совпадение с сообщением Патерика об Антонии соблазнительно, но «rhos» стоит здесь в единственном числе («некий rhos»), так что не понятно, относится ли это слово только лишь к основателю монастыря или каким-то образом связано с происхождением его монахов, а также представителем каких русов (из числа скандинавов или славян), был этот rhos.[706]