Князь Меттерних. Человек и политик

Не удивительно, что Меттерних, привыкший терпеливо плести паутину интриг, сравнивал Каннинга с быком, называл его флибустьером. Столкнувшись с политиком непривычного, нового типа, самоуверенный, преисполненный чувства превосходства князь не смог адекватно его оценить. Каннинг, по его мнению, может считаться государственным деятелем не более, чем прославленный своей глупостью княжеский камердинер Жиру. Вместе с тем у Меттерниха были все основания видеть в Каннинге главного врага Священного союза. «Моральная сущность союза, — подчеркивал канцлер, — покоится на основах принципа сохранения всех законно существующих вещей»[624]. Отсюда, по его логике, следует, что нападать на принципы союза значит нападать на общество в целом. При Каннинге «путь Англии — это путь отказа от союза»[625].

По убеждению Меттерниха, у Каннинга нет стратегии; его политика строится на сиюминутных соображениях, на вульгарных экономических интересах. Для него британский министр — человек, внесший в мир политики принципы биржи. Он сравнивает своего противника со спекулянтами, стремящимися сорвать сегодняшний куш, не думая о завтрашнем дне. В этих суждениях князя отражается принципиальная слабость любой преимущественно охранительной политики. В ней стратегия и тактика сливаются воедино, так как сохранение сегодняшнего положения вещей рассматривается как залог того же самого в будущем.

Взгляды Каннинга и его политическая практика не поддаются однозначной оценке. Один из его ранних биографов говорил, что по отношению к лордам он был вигом, а по отношению к простому люду — тори. Каннинг выступал за свободу торговли, за отмену рабства, за эмансипацию католиков, за расширение прав ирландцев, но был противником парламентской реформы. Ключ к пониманию его позиций дает его же собственное высказывание: «Берк — руководство для моей политики»[626].

Что же касается Берка, то одна из главных его практических идей — превентивные, заблаговременно предупреждающие революционные потрясения реформы. Следовательно, британский министр иностранных дел был консерватором, но консерватором реформистского толка, имеющим много точек соприкосновения с либералами. Недаром в Англии на наследие Берка претендовали и те и другие. Вообще британский умеренный консерватор на континенте вполне мог сойти за либерала. Сам Каннинг иногда позволял себе слегка пофилософствовать на политические темы. Ему был чужд как дух «элементарной демократии», так и дух «элементарного деспотизма». В отличие от деятелей Священного союза он отвергал мысль о том, что миром можно управлять на основе неких универсальных принципов, кто бы их не навязывал, будь то Меттерних или якобинцы и карбонарии.