Начало Руси. 750–1200

Нет оснований сомневаться, что в существенных своих чертах рассказ «Повести временных лет» о приходе Владимира к единоличной власти, случившийся около 978 г., соответствует действительности. Рассказ о его обманах продолжается. Скандинавские наемники Владимира потребовали от него свою долю, желая взять в качестве выкупа с горожан по две гривны с человека. Положение Владимира в Киеве не могло быть прочным, поскольку считалось, что киевляне по-прежнему верны Ярополку, сам Владимир находился в Дорогожичах, и для киевлян едва ли оставалось тайной, что Ярополк был убит, когда приехал на мирные переговоры. Возложить на киевлян столь непомерный выкуп означало внести еще большее смятение или даже вызвать восстание, в то время как печенеги были готовы к войне. Владимир просил своих наемников подождать до той поры, пока для них соберут шкуры куниц. Но он нарушил слово и не раздал меха. Похоже однако, что скандинавы лишь ограничились упреками и попросили отпустить их к грекам. Владимир же отправил перед ними к царю посланников и предупредил его: «Се идут к тебѣ варязи!.. Не мози их держати въ градѣ, оли то створять ти зло, яко и еде».[265] Если понимать эти слова буквально, они означают, что в Киеве происходили насилия и грабежи. Вся история в целом показывает трудности, с которыми столкнулся Владимир в вопросах, касающихся поддержания дисциплины в своем наемном войске и выдачи вознаграждения воинам, трудности, которые приходилось преодолевать и последующим князьям, нанимавшим варягов. Военный контингент, приведший Владимира к власти, не был устойчивым хотя бы потому, что в него входили горожане таких интенсивно растущих центров, как Городище-Новгород, услугами которых можно было воспользоваться лишь ненадолго.

Трудности, которые ждали Владимира, когда он сел в Киеве, отчасти были прямым следствием описанных выше событий, отчасти у них были более глубинные причины, а кое-что обнаружилось в процессе правления самого Владимира. Князь постарался поскорее избавиться от большей части варягов, но из района Балтийского моря могли появиться новые искатели приключений. Своего дядю Добрыню Владимир поставил наместником в Городище-Новгороде, чтобы он охранял северные подступы к политическому образованию русов. Но одновременно ему пришлось отражать набеги, которые совершали из степей печенеги, Варяжко, а возможно, и другие приверженцы его братьев, в то время как на западе, наверное, по-прежнему были сильны позиции Туры. На Старокиевском холме Владимир соорудил внушительный укрепленный вал, опоясывающий территорию в десять гектаров; предшествующий вал охватывал только два гектара.[266] Расширение площади укреплений города свидетельствует о его преуспеянии, но оно свидетельствует также об опасностях, которым подвергались сам князь и жители города, так что, возможно, возведение вала было попыткой прочнее привязать к себе этих последних.