Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)». Краткое содержание книги:
Томми пощелкал пальцами перед глазами Феликса. Тот дернулся и моргнул, но продолжил упорно делать вид, что ничего не слышит и не замечает.
Ложь. Аллег видел, как тонкие пальцы стиснули тюремную рубашку.
— Ты даже модель для себя выбрал отстойную, — заявил Томми и всплеснул руками, воскликнув: — Вампир! Вампир, чтоб меня!.. Какой демон тьмы? Какой сын тени? Обыкновенный паразит, цепляющийся ко всему, что можно сожрать или выпить. А знаешь почему? — Его мальчишка повернул голову набок. — Потому что он — пустышка. Он — безвольная жертва собственных желаний. Манекен. Остаток человека. Ты никогда не был сильным. Никогда не был чем-то выдающимся. Ты просто… был. — Томми развел руки в сторону, как бы в бессилии. Виновато изогнул брови. — Ты просто есть. Ты — обычный пустотелый человечек. Ну да, возможно, у тебя какие-то особые отклонения, комплексы — это я понять могу, сам немного двинутый. Но твою невероятную крутизну и гордыню они не подпитывают — только ущемляют. Твое безумие не дарит гениальность — она приносит деградацию. Ты несамостоятелен от слова совсем. Ты, как пиявка, присасывался к уже прожившим жизнь и набравшим опыта людям и старался высосать из них столько, сколько только позволяло твое хиленькое склизкое тельце. Забирал ли ты их силы? Не думаю. Скорее ресурсы. Обманывал ли ты смерть? Конечно же, нет. Никто не способен ее обмануть. Ты играешь во всемогущество, ты смотришь очередное дрянное кинцо про очередного зубастого бледнорожего и отчаянно делаешь вид, что он — это ты и есть. Ты хочешь быть часть первородной Тьмы. Ты хочешь остаться на подкорке истории. Ты хочешь жить вечно — с осознанием, что о тебе будут помнить ещё сотни лет после.
Томми пристально вгляделся в бледное лицо напротив. Его тон стал ниже, голос — проникновеннее. Аллег не видел, но прекрасно знал, что его глаза сейчас загорелись ярко-зеленым огнем — огнем самой Преисподней. Сердце забилось чаще.
— Вот только для того, чтобы быть частью Тьмы, — произнес Черт нечеловечески тягучей интонацией, — мало просто убивать и скрываться в тени. Тень должна быть твоей сутью, твоей кровью и плотью, а убийство — инстинктивной обыденностью. Это не акт жертвенности, неуклюжее воровство или невозможно сложный ритуал. Это простой факт твоей жизни, как то, что глазами ты смотришь, а во рту у тебя — два ряда зубов. Кста-а-ати, о зубах. — Он улыбнулся — Аллег видел, как приподнялся один уголок его губ. — Ты себе ещё и этот муляж сделал, да? О-хо-хо! Как ми-и-ило… И жалко. Опять. Помнится, ты удивлялся, почему Анку всегда веселился, когда ты был рядом. Пф! Я бы удивлялся, если бы он не веселился — ты же просто смешон. Ты похож на щенка чихуахуа, клацающего своими крохотными зубенками на дикого волка. Ты верещишь, стараясь выглядеть больше, ты скалишься, надеясь казаться страшнее. В этом все дело, Аллег, — неожиданно громко обратился к нему его Чертенок, обернувшись. — Он, как заправский фокусник или лицедей, использует как можно больше приемов, чтобы запугать свою жертву. Он, как павлин, распушает перья, чтобы казаться ярче и привлекательнее. Чтобы засесть в твоей голове. Но на самом деле это лишь фикция, фальшь, обыкновенная маска — он такой же человек. Он — не монстр, не демон. Он — мальчишка, разрядившийся в криво слепленный хеллуинский костюм. Помнится, ты говорил, — обратился он уже к Феликсу, — что ты — черт в его омуте… Уж прости за честность, мой дорогой, — снова к Аллегу, — но это явно тот самый случай, когда Черт в твоем Омуте — Дешевка. Дешевый демонозаменитель. Ты заслуживаешь большего, поверь…
Я верю, ответил ему Аллег, тяжело дыша. Я верю тебе, мой Чертенок. Верю.
А Феликс, тем временем, ожил. Стоило Томми только упомянуть его, Аллега, имя, как паренек судорожно вскинул глаза. Зрачки, ставшие размером едва ли не с головку булавки, заметались по матовому стеклу.
Томми моментально этим воспользовался.
— Ты возомнил о себе не по чину, — склонившись чуть ли не прямо к его лицу, произнес он ледяным тоном. — Вот это больше всего меня вымораживает — у тебя наглости хватает придавать своей фигуре ценность. Лепить из себя чуть ли не кинозвезду — только в масштабах криминальной хроники, естес-с-сно… Хер тебе. Не дождешься. — Тонкие губы медленно растянулись в едкой ухмылке. — Таких, как ты, — не помнят, таких, как ты, — презирают. Место в истории? Воспоминания?.. Не смеши. Даже Аллег тебя забудет. Медленно, но верно ты сотрешься из его памяти, твой облик потеряет краски. Не ухмыляйся мне тут, — неожиданно рявкнул он, стоило только иссохшим потрескавшимся губам чуть дернуться, — мне есть, что ему предложить. Чем тебя заменить. Это не так-то сложно, поверь. Ты — та ещё посредственность. Впрочем, прилипчивая и настойчивая, это не отнять. Много голосишь, а голосок больно звонкий — надо бы связки тебе подрезать. Что такое? — поднял Черт брови. — Ты чего побледнел? Не ожидал? Ну, уж прости, милейший. С такими, как ты, разбираются быстро, четко и не цацкаясь. Ты всеми силами стараешься показать, что этот мир не для тебя. Значит, для самого мира ты, фактически, бесполезен. Бесполезная гниль. А бесполезные гнилые ветки — рубят.
Пауза. Долгая. Тяжелая. Воздух застревает в глотке. Серые глаза… Огромные серые глаза. Иссушенный рот приоткрыт. Сент-Джон сам на себя не похож.
— Ты… — просипел он, — ты… нет. Так не будет.
— О-о-о, ты правда так думаешь? — с наслаждением протянул Черт, склонив голову набок. И подался вперед, выдав остервенело и зло: — Мой брат — лейтенант полиции. У меня на руках — все доказательства и несколько заявлений на тебя. Ты — жестокий, опасный, бесполезный для общества агрессор. Я не скрою ничего, я выдам о тебе все, что знаю, до последней крупицы. Я докажу суду, что ты не заслуживаешь снисхождения. Я сделаю все от себя зависящее, чтобы он встал на мою сторону. И тогда, — снова этот оскал, снова этот Чертов взгляд, — тебе и твоей тщедушной мелкой душонке придет ко…
Феликс бросился на него. Быстро, резко, внезапно. Бледные тонкие руки стремительно рванули к его шее. Аккуратная небольшая голова задергалась, как у припадочного. Серебристые глаза вспыхнули огнем.
У Аллега сердце пропустило удар, и ноги подкосились. На миг ему показалось, что Тварь опять возьмет свое эффектом неожиданности — но лишь на миг. Черт ловко, почти играючи, перехватил Ее руки. С небрежной уверенностью, пренебрежительно даже как-то.
— Томми! — вскричал женский голос где-то рядом.
— Сделайте же что-нибудь, лейтенант! — зарычал за ним мужской.
— Томми, — произнес Джек Клайптон в динамик абсолютно спокойно, — все хорошо?
— Да-да! — с усилием удерживая Тварь на месте, закивал Черт. — Все в полном порядке! Не переживайте! Дайте мне всего пару…
Тварь, поднатужившись, стала наседать на Него активнее. Наручники и цепь, которыми Ее стреножили, были для этого достаточно длинными и гибкими. Томми просил об этом, вспомнил Аллег. Он хотел… Он специально… Вот ведь чертов!.. Он мотнул головой, и у него вырвался нервный смешок.
Тварь попыталась ударить его Черта ногой по колену, но не достала. Решилась рвануть вперед и столкнуться с Ним лоб в лоб, но Черт и тут Ее упредил. Весьма жестко — увернулся, толкнув в сторону. Раздался глухой звук удара и яростный рык — Тварь как следует приложилась о каменную стену. Откинула назад отросшие волосы. Вытерла кровь с губы.
Черт прижался к стене напротив. Замер, не спуская с Нее напряженного взгляда.
Ну иди, словно бы говорил Он. Иди сюда. Иди ко мне!
И Тварь послушалась. Пружинисто оттолкнувшись руками от стенки, Она рванула вперед. Само собой, это был ложный выпад… который Черт в два счета раскусил. Она собиралась в последний миг отклониться в сторону — смотря, куда бы отпрыгнул Черт. Но Он оказался умнее. Всего один плавный, но молниеносный рывок — и Его пальцы сомкнулись на Ее длинной тощей шее. Она зашипела. Изогнулась. Вцепилась в Его руку, раздирая кожу в кровь. Ему было плевать — Он впечатал Ее в стену. Стиснул бледную шею второй рукой.