Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)». Краткое содержание книги:
И начал давить. Постепенно, но неуклонно. Медленно, но неумолимо. Она изворачивалась ужом. Она била Его по лицу, плечам и рукам. Она хрипела. Она скалила острые зубы. А Он все давил. Давил, давил, давил… Смыкал длинные пальцы на Ее горле, выдавливая из Нее жизнь.
— Он его убьет!.. — крикнул кто-то.
— Остановите это, черт бы вас!.. — взревел другой.
— Джек, — прохрипел Данко рядом.
— Всем тихо! — рявкнул Клайптон старший.
Ее лицо покраснело, потом посинело, а из горла вместо хрипов начал вырываться тонкий сосущий звук, какой бывает, когда пытаешь втянуть воду через соломинку. Ее движения стали медленнее, руки и ноги ослабли. Глаза…
Глаза. Серебристые, подчеркнуто безразличные когда-то глаза налились кровью — и страхом. Животным остервенелым ужасом, который становился только отчетливее с каждой секундой Ее агонии. Аллег смотрел в эти глаза. Смотрел не отрываясь. Так вот, вот зачем Томми тогда, в тот вечер, на кухне…
Все прекратилось в одно мгновение. Его пальцы слегка разжались, и Он все тем же плавным, но мощным рывком бросил Тварь на каменный пол. Она свалилась кулем, надрывно хрипя и содрогаясь всем телом.
Томми, глубоко вздохнув и утерев пот со лба, медленно обошел Феликса по дуге. Чуть склонился к нему, внимательно рассматривая с головы до ног.
— Вот оно, — прохрипел он и закашлялся, — вот доказательство твоей никчемности. Ты утверждал, что не любишь Смерть. Что она — твоя соперница. Ты пиздел. Нагло и трусливо. Никакая она не соперница. Она — твой самый страшный кошмар. Отсюда все твои иллюзии. Отсюда твое остервенелое желание жить и истовая вера в то, что чужие жизни продлевают твою собственную. Ты не хочешь умирать. Сама мысль об этом превращает твои кишки в студень. Ведь так? — ласково произнес его мальчик, склонив голову набок. Скривился. — Никчемный трус. На других тебе плевать, лишь бы спасти собственную шкуру. Они никогда тебе не были нужны. Никто из них. Даже ты сам себе не особо нужен. Главное — выжить. Любой ценой. Любыми средствами.
Феликс, кашляя и дрожа, смотрел на него огромными испуганными глазами. Вся его спесь сошла, показав истину — пугливого забитого мальчишку, желавшего казаться чем-то большим, чем он есть на самом деле. Аллег одновременно узнавал и не узнавал его. Тот паренек, с которым он жил, был таким же маленьким и напуганным, но никогда не выглядел так жалко…
Томми сделал стремительный шаг в его сторону, и мальчонка поспешно рванул назад. Даже о стол ударился, тонко взвизгнув.
— Тише, тише, — проговорил Томми, выставив вперед руки. — Спокойно. Больше я тебя и пальцем не трону. Это был эксперимент. Я не собирался тебя убивать. Я — не убийца… я — охотник на убийц. — Он улыбнулся чисто дьявольской улыбкой. — И мне это очень нравится. Ты больше не тронешь никого, — уже суровее заявил Томми Клайптон. — Ты больше никого не заставишь страдать. Прощай, Сент-Джон. И прости — невероятно жестоко указывать человеку на то, как ничтожно и бессмысленно прошла его единственная попытка поиграть в существование.
Томми обернулся к стеклу. Постоял, глядя по сторонам, как будто на сцене.
И воскликнул, хлопнув в ладоши:
— Финита ля комедия, друзья! Можно расходиться!
========== 29 глава. Начало всех начал ==========
«Ты же понимаешь, как это смотрелось со стороны? Понимаешь, почему они оторопели?.. Это было страшно, Томми. По-настоящему страшно».
В мире много страшного, Ал. Не думаю, что кто-то заметит, если появится ещё немного. Я знал, на что иду. Я был готов.
Его встретили гробовой тишиной, но Томми как будто было все равно. Он как ни в чем не бывало обошел всю их компанию — кому-то пожимая руку, кого-то хлопая по плечу, кого-то обнимая. Кто-то, как Редж и Рейк, шарахался от него, кто-то, как Джери и Эмиль, вежливо делал вид, что все нормально. Только Хиела и Род выбились из этой системы: первая заехала Томми по уху, а второй — впился в губы жарким поцелуем. Старший Клайптон шепнул что-то неслышно, Данко проводил хмурым взглядом.
Томми реагировал скованно. Как-то машинально, без огонька. И только оказавшись рядом с Аллегом, ожил. Обнял за талию, прижавшись грудью к груди, и заглянул в глаза. Густой никель и неочищенный изумруд потемнели на целый тон.
«Съездим на озеро? — тихо, почти застенчиво проговорил его Чертик, склонив голову набок. — Ты обещал».
«Поехали», — кивнул Аллег, не раздумывая.
Он чувствовал, что вот-вот потеряет связь с реальностью.
«Когда ты понял, что хочешь… именно этого? После того, как он напал на меня или?..»
Мне кажется, с того момента, как посмотрел ему в глаза. Ты не считаешь мою идею жестокой? Просто пойми, серийные убийцы абсолютно не приспособлены к нормальной жизни в социуме. Они не приносят никакой пользы для общества, они невероятно для него опасны. Да что там. Они для самих себя опасны. Как тут не проникнуться идеей разумного отбора?..
Айзек Лонг оказался худым, как жердь, мужчиной с длинным бледным лицом и темными хищными глазами коршуна. Голос у него был высоким и тонким, а язык — острым и злым, как кинжал. Улыбался он часто, но улыбка эта была нехорошая. Зато Элли он любил. Искренне — Аллег видел это и чувствовал.
— Чего вы хотите? — прямо спросил Айзек на первой же встрече. — Конкретно. Какова ваша цель в этом деле?
Томми глянул на Аллега, напряженно сцепившего руки в замок. Потом на Элли, беспечно мешавшую шоколад в чашке кофе.
Заглянул в темные ледяные глаза напротив. И сказал как есть.
Айзек в ответ ухмыльнулся — и небрежно предложил пару вариантов на выбор. Раскладывал их с толком, с расстановкой, показывал, где могут возникнуть препятствия, но уверенно заявлял, что легко с ними справится. Элли кивала время от времени.
— Не хочу чересчур сильно расхваливать мистера Лонга, — промурлыкала она с неприхотливым кокетством, сводившим в свое время Аллега с ума. — Просто скажу, что он — лучший специалист во всем нашем штате. Если он не обстряпает это дело, то его не обстряпает никто.
Айзек в ответ на эти слова и ухом не повел — лишь его высокие тонкие скулы покрылись яркими алыми пятнами.
«Хорошо, а если абстрагироваться от всего, что он совершил. Если на миг забыть обо всем, что он сделал, и обратить внимание только на человека. На личность. Тебе будет его хоть чуточку жаль?»
Нет. Мне будет все равно. Он пустой и безыдейный. Таких, как он, полно. Они просто рождаются, живут и умирают. Одни назовут это спокойной тихой жизнью, но мне кажется, это весьма жалкое существование. Когда ты ни к чему не стремишься, когда ты просто вяло дрейфуешь по течению, отживая день за днем по извечному кругу, жизнь рано или поздно тебя поглотит. Нужно уметь навязываться. Давать понять, что ты есть… Его этому не научили, он не знал, как это делать. Вся его сущность убога, а в душе — необъятный хаос. Этот-то хаос и победил. Деструктивное начало выело его изнутри, как могильный скользкий червь…
Зал суда все никак не хотел оседать в голове. Аллег не мог сосредоточить свой взгляд ни на чем — ни на лицах присяжных, ни на лице судьи. Даже покрытие пола и цвет стен казались ему серыми и плоскими. Нечитаемыми.
Зато рука Томми ощущалась как никогда реальной. Фигура Айзека, выходящего к трибуне, — величавой и гордой. Силуэт Феликса у стены напротив — бледным, болезненным, скованным. Парень не спускал с него пристального взгляда, но Аллега это больше не пронимало. Маска спала, костюм исчез, и все ухищрения его бывшего любовника потеряли былую силу.
Высокий скрипучий голос звенел под бесформенным зыбким потолком.
— Мой клиент убежден, что ваша честь и многоуважаемые присяжные с должным вниманием отнесутся ко всем имеющимся доказательствам, коих, надо признать, оказалось немало. Помимо этого, мистер Клайптон надеется, что в самом конце ему дадут право высказать некоторые выводы и идеи насчет мистера Смита и того, какое именно наказание для него можно считать по-настоящему достойным. Само собой, он оставит решение данного вопроса за органами, куда более сведущими в подобных делах. Но он все же просит о небольшом снисхождении. Выбор за вами, господа…