Первая гражданская война в Риме

Как известно, Фимбрия активно повел войну с понтийцами, ибо только победа над ними и могла оправдать захват им командования. Однако условия гражданской войны не позволили ему, несмотря на все его победы[1019], добиться решающего успеха — взять в плен Митридата, что могло изменить течение римской истории в последующие десятилетия. После своего изгнания из Пергама царь заперся в Питане и разослал приказы о доставке туда кораблей. Фимбрия же, не располагавший судами, предложил Лукуллу блокировать неприятеля с моря но тот отказался, что позволило царю уплыть в Митилену на Лесбосе[1020]. Г. Беннет считает, что задача по овладению Питаной была отнюдь не столь простой, как может показаться, поскольку потребовалась бы длительная осада. Да и вообще неясно, достаточно ли была сильна эскадра Лукулла, чтобы удержать блокаду[1021]. Однако если бы дело обстояло так, он сам и/или симпатизировавшие ему античные авторы, бесспорно, сослались бы на эти обстоятельства. Но Плутарх, приводящий разные варианты возможных причин такого поведения Лукулла (Luc. 3.8), о его слабости ничего не пишет. Истинная же причина достаточно очевидна — в случае пленения Митридата слава успеха досталась бы действовавшему на суше Фимбрии (Magie 1950, I, 228). Последствия этого для Суллы нетрудно представить — он оказался бы лицом к лицу с победоносной неприятельской армией, одоление которой потребовало бы от него немалых потерь в условиях отсутствия подкреплений. К тому же он предстал бы в отнюдь не выигрышной роли губителя войск, разгромивших злейшего врага Рима. Конечно, можно было попытаться пойти на соглашение с циннанцами, но его условия оказались бы во много раз менее выигрышными, чем то, что он получил в результате победы в гражданской войне. В этих условиях отказ Лукулла сотрудничать с Фимбрией[1022], несомненно, был оптимальным решением для соблюдения интересов Суллы и его группировки, хотя это решение очевидным образом и противоречило интересам res publica[1023].