Божественный лик Византии

Зоя в это время (905 г.) ожидала ребенка, и патриарх обещал Льву Мудрому узаконить и брак, и статус наследника. Не могут не вызывать умиления картины, когда при встречах патриарх предсказывал царю рождение мальчика и уверял в благополучном исходе всех его пожеланий. Но он обманул монарха и на этот раз: мальчик Константин был крещен в качестве сына императора, но патриарх обязал царя навсегда расстаться с матерью мальчика, отказавшись бракосочетать их. В ответ Лев нашел священника, согласившегося совершить венчание, и даже самостоятельно возложил на голову Зои корону, так что современники говорили, будто вместе с мужем Зоя приобрела и архиерея[464]. В отместку патриарх публично отказал Льву в причастии Святых Даров, наложив на него епитимию.

Но Льва не зря прозвали «мудрым» – он решил запросить мнение о каноничности четвертого брака у остальных патриархов, включая Римского папу. И папа с легкостью дал разрешение на этот брак, сославшись на соответствующую практику Римской церкви. Конечно, папой двигали не только филантропические настроения, но и желание продемонстрировать свою силу и авторитет на Востоке. Воспользовавшись этим поводом, Николай заявил о незаконности вмешательства понтифика в дела Константинопольской церкви и возглавил движение за ее «независимость». Можно сказать, что ситуация возникла «или – или». Из завязавшейся борьбы мог выйти только один победитель. Или должен был пасть патриарх, или Восток получил бы своего «папу», не менее могущественного и авторитарного, чем его римский аналог.

Однако в желании обрести ореол мученика и стать жертвой императора Мистик перегнул палку. 6 января 907 г. патриарх остановил царя у порога храма, запретив проход на богослужение «без единодушного, – как он сказал, – согласия митрополитов». Император, понимая, что правда за ним, подчинился дерзкому архиерею, но вскоре публично напомнил Николаю все его измены, лишил патриаршества, повелел схватить и отправить под строгим надзором в монастырь[465].

Церковный клир и народ на этот раз уже не были на стороне зарвавшегося архиерея, который, повидимому, поднадоел своими скандалами и образом действий. Спустя несколько дней, созванный Собор дал разрешение императору на четвертый брак и снял с него епитимию. Зоя стала императрицей, а Константин Порфирородный – законным наследником и соправителем Льва.

Правда, в итоге патриарх все же вышел победителем в схватке с императором. Уже после его смерти в 912 г. Николай был возвращен на кафедру царем Александром, успешно интриговал против Зои и после воцарения главы очередного заговора адмирала Романа I Лакапина (919—944) провелтаки в 920 г. соборное решение о запрете четвертого брака. Юный император Константин VII Порфирородный ежегодно должен был присутствовать при чтении акта, заклеймившего браки, подобные тому, от которого он родился, и каждый год отмечать как праздник прекращение церковного раскола, вызванного четвертым браком своего отца. Это было, конечно, наглядным подтверждением силы папистской партии и днем ее торжества.