Титаны психиатрии XX столетия [litres]

Можно сказать, что ассоциативная психология И. Гербарта стала для О. Блёйлера тем же, чем для Э. Крепелина факультетская и экспериментальная психология В. Вундта – мощной теоретической базой, на которой он выстроил свое понимание природы психических заболеваний. Центральная роль теории ассоциаций И. Гербарта в формировании клинического мировоззрения О. Блёйлера облегчает понимание того, почему он поставил во главу угла и объявил ключевой симптоматикой «группы шизофрений» именно нарушение ассоциаций.

Эрвин Странски (1877–1962)

О. Блёйлер интегрировал атомистический, ассоциативно-психологический подход И. Гербарта к изучению природы психических явлений, в частности, в свою основополагающую работу «Деменция прекокс или группа шизофрений». Интересно, что в принятии ассоциативной психологии как теоретического фундамента для своих научных построений О. Блёйлер схож с известным австрийским психиатром Эрвином Странски (18771962), тоже активным сторонником ассоциативной психологии [Stransky, 1904].

В то же время В. Вундт, а вместе с ним и вслед за ним Э. Крепелин решительно отвергали ассоциативную психологию, и в особенности предпринимавшиеся некоторыми ее сторонниками (но не О. Блёйлером!) умозрительные попытки привязать те или иные ассоциации к тем или иным участкам головного мозга, что Э. Крепелин позднее назвал «мозговой мифологией». Таким образом, еще одно важное различие между научными взглядами О. Блёйлера и Э. Крепелина заключается в различном отношении к ассоциативной психологии – принимающем или неодобрительном.

К области научных разногласий О. Блёйлера и Э. Крепелина можно отнести и их различное отношение к З. Фрейду и психоанализу. Взгляд О. Блёйлера на фрейдизм изначально был умеренно положительным, но впоследствии сменился определенным разочарованием; Блёйлер упрекал психоаналитиков в догматизме и в недостаточной научной обоснованности их теорий (но даже после разочарования продолжал использовать многие психоаналитические подходы и объяснения, модифицируя их по-своему). Отношение же Э. Крепелина к психоанализу и фрейдизму изначально было резко критическим и оставалось таковым на протяжении всей его карьеры.

Однако различие между О. Блёйлером и Э. Крепелином имеет не только научное, но и общечеловеческое измерение, связанное с разницей их личностного склада и отношения к больным. Э. Крепелин не придавал существенного значения аспектам личной биографии больного, расспросам, сбору анамнеза, изучению внутреннего мира пациента и его переживаний, потому что считал эти вещи субъективными и непроверяемыми. А так как он был сторонником научного подхода в психиатрии и считал, что то, что нельзя проверить лабораторно или подтвердить объективными данными, либо не существует, либо не имеет значения, либо не должно учитываться при постановке диагноза или определении прогноза заболевания, то получал информацию о пациентах в основном из собственных записей, по итогам длительного катамнестического наблюдения.