ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы

Постановив, что смертная казнь в принципе является неприемлемой мерой в современном обществе, поскольку она непоправимо и фундаментально нарушает право на жизнь, суд отметил, что в случае применения данной крайней меры вынесение и исполнение смертного приговора может быть допущено только в четко определенных исключительных случаях, когда речь идет о «наказании за тяжкое правонарушение и тяжкую вину» (например, в случае умышленных убийств). Все остальные случаи, в которых мерой наказания была избрана смертная казнь, должны «регулярно подвергаться тщательной критической проверке». Прежде всего это касается «области политического уголовного правосудия, где риск злоупотреблений особенно высок» (§ B.II.2).

Решение Федерального верховного суда далее гласило: «Произвольные, грубые нарушения прав человека имеют место, если действие, наказуемое смертной казнью, не было совершено или если подобное наказание несоразмерно тяжести совершенного деяния. Суды ГДР были поэтому обязаны ограничивать применение смертной казни в области политического и уголовного права и ограничивать ее исполнение только случаями серьезных правонарушений. Применение этой крайней санкции не допускалось, если наказуемое деяние не наносило серьезного урона и не причиняло больших страданий» (§ B.II.2 (cc)). И далее: «Если судья слепо следовал распоряжениям руководства страны, находя лазейки в законе и тем самым нарушая права человека, будучи при этом убежден, что он действует в соответствии с законами государства, впоследствии он не имел права ссылаться на ошибочное намерение» (§ B.III.2 (cc))[540].