Начало Руси. 750–1200

Впрочем, отсюда возникает другой вопрос. Что побудило многих русов упорно держаться в Среднем Поднепровье, когда в других местах существовали вполне благоприятные условия для поселения и обогащения? Ведь середина X в. является тем периодом, от которого полнее всего сохранились предметы скандинавского типа во многих из поселений, упоминавшихся в предыдущих главах, т. е. периодом, когда скорее всего здесь находились люди скандинавского происхождения. Именно к X в. относится также большинство из известных нам кладов дирхемов. Большая часть монет была отчеканена на саманидских монетных дворах Средней Азии. Они свидетельствуют об оживленных торговых связях, которые примерно на рубеже IX и X вв. были установлены вдоль течения Волги и по другим речным путям, ведущим к Среднему Поволжью. Даже в таких поселениях, как Сарское городище, большинство предметов скандинавского типа восходит к X в. Имеются указания на присутствие скандинавских женщин в поселениях вокруг Плещеева озера. Здесь в могильниках были найдены черепаховидные фибулы X в., а также саманидские монеты, гирьки и балансиры для весов, глиняные бобровые лапки. Вполне вероятно, что умершие, погребенные с этими предметами, были родом с Аландских островов или из центральной Швеции, а бобровые лапки и гирьки указывают на тот род деятельности, который привел их на берега Плещеева озера и озера Неро: это была торговля пушниной. Именно к X в. относится большинство скандинавских вещей в некрополях Ярославля — мечи, топоры, ланцетовидные наконечники стрел, круглые и черепаховидные фибулы, бесчисленные заклепки для лодок, полозья и ритуальные предметы, вроде лапок. Большинство из 32 захоронений, содержащих гирьки и весы, которые были раскопаны в Тимереве, датируется второй половиной X или началом XI в.[200] Есть сообщения о наличии подобного инвентаря в некрополях, относящихся к поселениям близ Суздаля и Юрьева-Польского, из чего можно заключить, что и в этих краях имела место значительная, хотя никогда не ставшая массовой иммиграция из заселенных скандинавами районов Балтийского моря.

Тимерево достигло своего максимального размера — около 6 гектаров — примерно в середине X в. К тому же периоду относится заметное расширение застройки в Старой Ладоге. Усиление данного процесса становится очевидным с 930-х гг., когда новый горизонт — «горизонт Д» покрыл более ранний. Он характеризуется домами, которые были меньше, чем большие помещения-залы более раннего пласта. Эти новые дома были компактными и тщательно выравненными по плану улиц. Если судить по произведенным на сегодняшний день раскопкам главного поселения, застроенная площадь в основном расширилась с 930-х по 960-е гг., которыми датируется нижний уровень «горизонта Д». Это расширение связано с быстрым развитием ремесел и торговли, на что указывает увеличение числа находок янтаря, сердоликовых и стеклянных бусин, причем многие из последних были местного производства. В некоторых мастерских, служивших также жилыми домами, были найдены монеты или гирьки от весов. Двадцать четыре гирьки обнаружены в «горизонте Д», тогда как только две — в «горизонте Е».[201]