Начало Руси. 750–1200

Сопоставляя литературные свидетельства с археологическими, можно получить больше сведений о новом военно-политическом устройстве. Значительное число могил в Шестовицах под Черниговом представляют собой кенотафы, в которых отсутствуют какие-либо следы человеческих останков. Похоже, они с самого начала были пустыми, а не были разграблены или вырыты в кислой почве, полностью уничтожившей тела. Кенотафы были найдены и в других местах пребывания русов, но в процентном отношении курганы данного разряда в Шестовицах составляют более 32%, и, по-видимому, север и юг в этом отношении сильно различались. Например, в Тимереве удельный вес кенотафов приближается, самое большее, к 16%. Это процент от всего числа могил данного некрополя — как не содержащих утвари могил бедных или простых русов, так и могил тех, чьи родичи или участники похоронного обряда были в состоянии снабдить покойного всеми необходимыми ему вещами и предметами. Издатель результатов раскопок Шестовицкого некрополя Д. Блифелд пришел к выводу, что большая часть кенотафов воздвигнута в память о людях, погибших далеко от дома, во время морских путешествий в Византию или в боях с кочевниками и другими налетчиками.[193] Эти кенотафы наглядно демонстрируют, какова была опасная и краткая жизнь обитателей Среднего Поднепровья.

Игорь, верховный вождь русов, вовсе не был тем номинальным начальником, которого описал ибн Фадлан меньше, чем поколением ранее. Но это не противоречит впечатлению, какое создают договоры и DAI о наличии у русов коллективного руководства, включающего целый ряд «князей» или вождей. Они возглавляют зимой отряды, обходящие земли для сбора дани, и не все они пребывают в Киеве. Огромные, щедро наполненные инвентарем курганы — такие, как относящийся к середине X в. курган Черная Могила у Чернигова (со статуэткой Тора, в числе других вещей), говорят о существовании состоятельных вельмож, которые вполне могли быть по своему статусу «знатью» или «князьями». Последние термины, правда, не были специальными и могли применяться по отношению к любому, кто достиг больших успехов на войне или при взимании дани. О том, что Чернигов был, наряду с Киевом, важным центром, говорит как большое количество поселений близ него, так и свидетельства о наличии в Шестовицах вооруженной элиты. Там, как и в некрополе на Старокиевском холме и в других местах в районе Киева, есть много погребений, которые называют камерными и которые были широко распространены в X в. Термин возник из-за сходства погребения в земле с деревянным сооружением, оно напоминает комнату шириной в полтора метра и более, с деревянными стенами, потолком и полом, вмещающую покойников и их имущество. В камерных погребениях покойника могла сопровождать его жена, лошадь или лошади, или и то, и другое. Оружие, украшения для уздечки, седла, а для женщин — серебряные или золотые украшения свидетельствовали о мощи и общественном положении покойного: в сущности, чем больше в могиле предметов — неодушевленных или бывших прежде одушевленными, тем больше курган над захоронением, и, соответственно, претензия покойника на определенный социальный статус. Курганы насыпались и над захоронениями по обряду трупосожжения. Для кремации покойника возводилось некое деревянное сооружение на земле, в которое помещали тело и все необходимые по ритуалу атрибуты и которое потом предавали огню.[194]