Магнолии были свежи (СИ)
- Автор: Ann Michaels
- Язык: русский
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Магнолии были свежи (СИ)». Краткое содержание книги:
— Я всегда считал тебя самой умной девушкой, Мадаленна. И самой красивой.
А вот это была уже откровенная ложь. Мадаленна прекрасно знала, что об ее внешности говорили в школе, какими прозвищами ее награждали, и Джон ни разу не заступился за нее, ни разу не оборвал ее обидчиков, и даже несколько раз, она это видела, смеялся вместе с ними над очердной идиотской шуткой.
— Спасибо за комплимент, Джон, но я что-то не припомню, чтобы ты считал меня самой красивой. Если мне не изменяет память, вы с Эдди Маккинтошем смеялись над моими волосами.
— Это потому, — вымученно улыбнулся Джон. — Что я всегда стеснялся тебя, Мадаленна. Стеснялся своих чувств к тебе…
— О, вот как. Понимаю. Погоди, Джон, — она отпрянула от него; до нее внезапно дошел смысл последней фразы. — Что ты имеешь в виду под чувствами?
— Мадаленна, ты мой хороший друг…
— И ты, Джон, всегда был моим хорошим знакомым, — перебила его Мадаленна, не давая ему опомниться. — Я была рада нашему знакомству, и считала, что это то приятельство, которым стоит дорожить.
— О, я знал. — театрально усмехнулся Джон. — Я знал, что ты никогда не будешь чувствовать ничего, кроме этого дурацкого расположения, но я надеялся, что все может перемениться, и ты ощутишь то же самое, что и я.
— Ощущу что?
— Мадаленна, — он приблизился к ней, и она невольно отшатнулась. — Я люблю тебя. Люблю уже очень давно, но собрался с духом только сейчас. Думаешь почему я так глупо вел себя на скачках? Я видел, как на тебя смотрит этот дурак Майкл, видел, как тебе улыбается этот твой профессор. — он уже нес откровенную чушь. — Мадаленна, я действительно ревновал и не понимал, что я творю. Единственное оправдание моих поступков — это мои чувства.
Аньеза как-то пыталась поговорить с дочерью о правильном поведении со своими поклонниками, но Мадаленна каждый раз брыкалась и говорила, что ей это ненужно. Однако мама все равно успевала сказать хоть какие-то обрывки, и сейчас Мадаленна радовалась, что хоть что-то запомнила и сильно жалела, что не послушала остальное. Джон не открыл ей секрета. Она знала о том, что он относится к ней не к как другу, но всяческим образом старалась не обращать на это внимания и не поощрять подобного поведения — цветы она отдавала мистеру Смитону, конфеты делила пополам с ним же, а от прогулок под луной и вовсе отказывалась. Мадаленна знала, что не любит его и никогда не захочет полюбить. И несмотря на то, что признала она это относительно недавно, понимала свои чувства достаточно давно, ровно с того момента, как он впервые отвесил ей комплимент. Самым главным камнем преткновения было то, что Мадаленна не верила в его чувства. Она честно смотрела на себя в зеркало, знала свой характер и понимала, что воспылать к ней любовью очень и очень сложно. А Джон часто заглядывался на других девушек, и рассказы о его похождениях множились изо дня в день. Мадаленна удерживала его на расстоянии и старалась ничем не выказать несуществующего расположения — одна ее неосторожная улыбка чуть не дала ему права на поцелуй. Но Джон не сдавался — ухаживал за ней, был мил с Хильдой, и подозрения Мадаленны только усиливались. Жениться на наследнице огромного состояния — это действительно удача, да к тому же Бабушка, скрепя зубами, обещала отдать в пользование дом в Лондоне. Определенно, искус был велик.
— Джон, я боюсь, ты не совсем понимаешь, о чем говоришь. — примирительно начала Мадаленна; она пыталась вспомнить, что говорила Аньеза про мягкий отказ от предложения. — Я очень рада, что ты решился на такой ответственный шаг, но, боюсь, ты выбрал для этого неправильного человека.
— Мадаленна!
— Погоди, дай мне сказать. — она расправила платье и оперлась на перилла. — Джон, я не та, кто тебе нужна. Ты не найдешь счастья со мной. Поверь, я знаю, о чем говорю.
Из всех вариантов отказа она выбрала самый сложный — честность.
— Я не понимаю, — возразил было Джон, но Мадаленна мотнула головой.
— Сейчас поймешь, только дай мне объяснить. Джон, ты был мне хорошим приятелем, мы прекрасно общались с тобой, но я никогда не думала о том, чтобы выйти замуж. — он растерянно смотрел на нее, и, несмотря на отсутствие сочувствия, она подумала, как можно смягчить удар. — Обстоятельства в моей семье не могут мне позволить все бросить и уйти в другую семью.
— Ты имеешь в виду сейчас? — оживился Джон, и Мадаленна поняла, что она вступила на ложный путь. — Ты хочешь сказать, что мне стоит подождать?
— Нет, Джон, я хочу сказать, что тебе стоит посмотреть на кого-то еще.
— Но мне нужна только ты! — воскликнул он и прижал ее руку к своей щеке. — Мадаленна, я влюблен в тебя!
«Или в мое наследство.»
— Джон, я полагаю, в тебе сейчас говорит твоя горячность.
— Ну да, — он беспечно кивнул. — Я молод, ты молода, что нам мешает стать счастливыми?
— Я не люблю тебя.
Мадаленна сказала это спокойно и только позже поняла, что должна была добавить своему голосу хоть сколько-то муки, страдания. Но тогда это было бы вранье, и вряд ли это звучало бы правдоподобно. Хотя, возможно, Джон смог бы проглотить эту ложь и не выглядел так несчастно. На какое-то время Мадаленна даже пожалела о своих словах, особенно когда он опустился на ступеньку и понурился. Но потом он вскинул голову, и злые огоньки мелькнули где-то глубоко. Она поняла, что была уязвлена только его гордость, и больше ничего. Значит, Мадаленна все сделала верно.
— Тогда кого ты любишь?
— Никого, Джон. Мне сейчас не до этого.
Но Джон не сдавался; его лицо подернулось судорогой, и злая улыбка растянулась на красивых губах. Он был очень красивым, этот Джон, отстраненно подумала Мадаленна, и мало к кому она относилась с таким равнодушием.
— Нет, ты кого-то любишь. — уперто повторил он. — Наверное, это один из твоих профессоров, да? Ну, конечно, благородный рыцарь, который спас бедную лошадку… Очень романтично!
— Достаточно, Джон. — оборвала его Мадаленна. — Я сказала тебе правду, но если бы и любила, то не была бы обязана тебе об этом рассказывать. Это мое личное дело. Как ты заметил, я молода и могу быть с кем хочу.
— Но такими темпами останешься старой девой!
— Спасибо за комплимент, Джон. — сухо ответила она, хотя больше всего ей хотелось рассмеяться. — Меня это не пугает.
— И что ты будешь делать?
— Все, что захочу. К счастью, у меня на это есть право.
— Мадаленна, — после долгой паузы снова начал Джон. — Но ведь могут быть браки по дружбе, ты же сама знаешь!
«Но ведь ты мне даже и не друг!»
— Знаю, Джон, но я не хочу тебя обманывать.
— Но только подумай, — он все никак не унимался. — Как бы этому браку была бы рада твоя бабушка.
Терпение Мадаленны лопнуло, и крепкая броня изо льда и камня треснула, и что-то горячее подняло наверх всю ее ярость и понесло за собой.
— Именно! — крикнула она. — И от этого только хуже!
Джон хотел что-то возразить в ответ, но от очередного спора ее спасли медленные шаги по лестнице. Джон быстро встал со ступеней и пересел обратно на диван, а Мадаленна постаралась придать лицу более-менее бесстрастное выражение. Послышался шелест платья, и Мадаленна увидела Аньезу. Она все еще была немного бледноватой и спускалась, держась рукой за перилла, потому что ее немного мотало, но с лица ушла эта вымученная судорога боли, и Мадаленне стало немного легче. Одной проблемой меньше. Миссис Стоунбрук не сразу заметила Джона, и сначала поцеловала дочь в щеку.
— О, у нас гость, — улыбнулась Аньеза и подняла повыше воротник халата. — Может быть чаю?
— Спасибо, миссис Стоунбрук. — нагло улыбнулся Джон.
А Мадаленна чуть не задохнулась от подобного нахальства. И вот за этого «милого мальчика» Бабушка хотела выдать ее замуж! Да этого молодого человека с трудом можно было выгнать за порог, так основательно он обосновался в кресле. Аньеза недоуменно посмотрела на дочь, но у той на лице было написано все, что она испытывала к своему бывшему другу.
— Вообще-то, Джон уходит. — Мадаленна резко отодвинула кресло, и Джон чуть не упал. — Он приходил навестить нас.
— Я приходил поговорить о нечто важном, миссис Стоунбрук. — перебил ее Джон, и Аньеза нахмурилась. — О нечто личном.
— В таком случае, — мама подошла к входной двери. — Может быть мне стоит…
— Не уходи! — прошептала Мадаленна. — Не оставляй меня с ним.