От Ржева до Берлина. Воины 3-й гвардейской истребительной авиадивизии о себе и боевых товарищах

Потом полк снова был сформирован и направлен на Калининский фронт. Там мы были под г. Белым. Там мы почти ничего не воевали. Но там мы впервые встретились с «Фокке-Вульф-190». Он похож на наш Ла-5, иногда даже можно спутать, только у него больше плоскости. Однажды, когда мы прикрывали передовые позиции возле Белого, смотрим, идут два ас-охотника. Нас была четвёрка. Был Холодов и была тройка: Савельев, Прокопенко и ещё один – они были выше нас и ввязались в бой с ними. Мы – внизу, а они вверху дерутся. Мы думаем, что они, может быть, там втроём справятся. А у немцев обычно впереди летает офицер, а сзади солдат – хвост прикрывает. И наши сразу же офицера сбили[273]. И тут мы почувствовали, что с «ФВ» драться можно. Мы поняли, что у них за маневр, что у них за вооружение. Правда, вооружение у «ФВ» очень сильное.

Потом мы полетели в Ст[арую] Торопу. Там мы стали здорово работать. Командиром эскадрильи тогда у нас был Холодов. Мы работали там больше всех. Работали главным образом на прикрытии «илов». Они штурмовали на Великолукском направлении, и мы их прикрывали. Во время нашего прикрытия у «илов» не было ни одной потери от вражеских истребителей, если и были потери, то только от зениток. Это, конечно, для нас была большая честь. После каждого вылета с «илами» мы получали от этого штурмовочного полка благодарности, а также и от лётчиков. Такие благодарности записаны у нас в личных делах.

Вначале там сильных боёв не было. Но с 15 февраля[274] под В[еликими] Луками начались сильные бои, наши пошли в наступление на В[еликие] Луки. Здесь я помню только один сильный бой над самым городом, когда мы почти бреющим мотались между домами. Нас была восьмёрка «яков». Водил нас Холодов. У них было штук 8 «ФВ» и штук 6 Ме-109Ф, т. е. абсолютное преимущество. Но мы были так хорошо организованы Холодовым, так организованно держались, что подбили у них семь штук, и только Холодов у нас сел на пузо[275].