Электронная книга - «Моя ненавистная любовь (СИ)». Краткое содержание книги:
Усадив беременную на диванчик вдоль стены, он стал утешать ее. Люси очень нравился Игнил, однако своими рассказами он умел доводить ее до слез, и она начинала чувствовать стыд за то, что ее приходится утешать, и порой даже пугалась, что стала слишком эмоциональной. Но не отрицала, что ей нравилось, когда ее гладят по спине. Мама тоже так делала.
— Извините, Игнил, это не из-за вас. Я, я, я просто вспомнила о маме — это происходит так часто в последнее время, и я с-совершенно не могу себя контролировать, — кое-как проговорила Люси, слезы душили и всхлипы не прекращались. О своей матери она даже Нацу практически ничего не говорила, она вообще никому никогда ничего не говорила, так что сейчас снять эти оковы сдерживания и молчания было нелегко. — Она ушла на задание, помочь подруге. Она мне сказала, что ненадолго. Я ждала ее, но она не вернулась… Я, я бы так хотела взглянуть на нее в последний раз.
Люси вновь разрыдалась на плече этериаса. Она не могла заметить, как Драгнил отвел глаза и его кадык дернулся. Наверно, это была единственная вещь, которую он до сих пор не мог открыть Люси, или не прятать глаза от угрызений совести. Извиниться за то, что он лишил ее матери и ее будущего — ком вставал в горле, страх стать возненавиденным присутствовал в нем, как и взволновать Люси, вызвав нервный срыв или что-то еще хуже. Он не хотел ей вредить, поэтому лишь прошептал: «Лейла, она тоже очень хотела увидеться с тобой». Но разве Люси могла его сейчас услышать?
***
От воспоминаний вчерашнего дня, Хартфилию отвлекло шевеление рядом. Руки оплели ее тело, придвигая к себе еще ближе, а закинутая на исповедницу нога полностью ее обездвиживала. Глубокий вздох и приятное мычание со стороны этериаса, и у Люси вырвался смешок — ее всегда умиляла тяга Нацу к объятиям во сне, а если он не находил свою «мягкую игрушку», которой последние месяцы являлась его этери, он метался по всей кровати, и в итоге Люси просыпалась либо от этих копошений и сама к нему двигалась, чтобы он успокоился, либо от того, что найдя ее, сжимал в сильных объятиях, поэтому ночью она старалась не ложиться на край. Сейчас его объятия были похожи на пламенный и очень-очень крепкий захват, хотя Люси по своему опыту знала, что огонь обволакивает нежно, принося приятное тепло, однако с температурой тела этериаса, назвать по-другому, как пламенные, их нельзя было. Хартфилия стала вырываться, но Нацу не ослаблял хватку ни на секунду. По непонятному мычанию и рычанию, было легко догадаться, что этериас не спит, и к своим попыткам выбраться прибавила еще и просьбы.
— Люси, ну ты так вкусно пахнешь и такая мягкая, давай лучше еще полежим, — пробурчал Драгнил, не раскрывая глаз, только удобнее подстраивая под себя этери.
— Нацу, скоро обед, ты и так полдня проспал, — утратив силы на борьбу, устало выдавила из себя Люси.
— Неправда, у тебя сегодня гимнастика, я бы не проспал ее.
— Нет, Нацу, ты проспал. Она закончилась часа два назад, — кажется найдя чем можно заставить Драгнила ее отпустить, с уверенностью ответила исповедница.
Минута молчания, и пристав на локтях, Нацу взглянул на другую сторону постели, где был раскрыт балдахин, давая увидеть, как солнечный свет проникает в комнату. С криком «Люси!», Нацу удивленно посмотрел на этери. Его сейчас крайне интересовал вопрос, почему он проспал?! И ему ответили на него, но лишь спустя пару минут, когда Хартфилия прекратила смеяться — столь резкое пробуждение вместе с настоящим ошеломлением на лице только от того, что он пропустил гимнастику для беременных, куда Люси иногда полагалось ходить одной, вызывало у нее просто истерику, поэтому только потом она смогла объяснить причину, что она пошла одна. Нацу подобное совсем не устроило. Хмуро пробормотав что-то вроде, что он вполне мог обойтись без сна, принял сидячие положение. Он хотел слезть с кровати, но схватившая его за руку Люси, заставила опять лечь, а чтобы он не встал, села сверху.
— Это не так! — возмущенно воскликнула Хартфилия, строго смотря на этериаса. — Ты сегодня полночи не спал — тебе необходим отдых! То, что я беременна не значит, что нужно забивать на себя! Мне неприятно, что ты крутишься вокруг меня, пылинки чуть ли не сдуваешь, а себе не позволяешь и минуты отдыха! И не надо бурчать, я забочусь о тебе — почему тебе можно, а мне нет?! — бурно жестикулируя руками и ударяя его по груди, на одном дыхании высказала все Люси, что предпочитала сдерживать в себе. Ей не хотелось упрекать Нацу за его опеку, однако ее совершенно не радовало, что он не позволяет проявить заботу к нему, словно она единственная, кто нуждается в этом. Это было одновременно и эгоистично и не эгоистично с его стороны.
— Нацу, ты думаешь, что делаешь только лучшее, но это не так — я волнуюсь за тебя, не меньше, чем ты за нас, так что прекрати. Вспомни, что ты должен устранять причины стресса, а не добавлять их, раз уж по-другому я не могу донести это до тебя. Вчера был тяжелый день и никто не винит тебя за то, что ты поспал дольше обычного, поэтому корить себя не надо, — успокоившись, Люси с заботой смотрела на Драгнила, надеясь, что он понял ее.
Притянув к себе этери, Нацу уложил ее к себе под бок — оставил бы на себе, но лежать ей на животе нельзя — оставив нежный и целомудренны поцелуй на ее губах. Простое «спасибо», полное благодарности и усталости, было для Люси совершенно не обязательно, но она приняла его и притянула этериаса к себе, решив, что сегодня они могут позволить себе спальный день.
Цветник с названием «Семья» в сердце Нацу зарос чертополохом, и подобно сорняку оно заполнило место, высасывая все хорошее, что есть в земле. Но теперь в жизни Нацу появилась Люси. Как опытный садовник, она избавлялась от сорняков и сажала там новые саженцы — она подарит ему новую, счастливую семью.
Комментарий к 25. Боль прошлого
Что-то я в последнее время увлеклась языком цветов. Чертополох в большинстве случаев означает благородство, но тут это мизантропия.
========== 26. Выход в свет ==========
Зарги неслись по скалистой местности с невероятной скоростью, бушующая снаружи метель никак не замедляла их. Они пылали огнем, и бьющий ветер с колючим воздухом раскалялись под жаром диких, похожих на лошадей. Рассмотреть что-либо из окна кареты было практически невозможно, быстро сменяющие друг друга картинки сливались в одно бесконечно белое полотно, где благодаря каждодневным снегопадам, нельзя было больше увидеть насыщенного темно-зеленого цвета траву и цветки Диагерсии, что подобно одуванчикам на человеческой земле, прорастали везде, придавая яркости этому миру своими лепестками фиолетового цвета. Наблюдение за природой быстро стало скучным для Люси, откинувшись назад, она приняла полулежачее положение, что позволяла данная карета с одним вытянуты сидением, подобранная специально для долгой поездки. Прикрыв глаза, она представляла, что ее ждет.
На прошлой неделе Нацу пришло приглашение от дома Локсар — Джувия Локсар забеременела и устраивала праздник в честь скорого пополнения. Мелочная причина, высказалась Люси. У них в поселении праздники устраивались на рождество и на рождение новой исповедницы, про собственное день рождение исповедницы забывали. Нацу издал смешок и объяснил, что этериасы от своего безделья часто проводят праздники, и это был еще серьезный повод для бала. На его памяти одному ребенку устроили праздник, что он научился управлять своей силой, после этого Нацу закатил истерику отцу, почему у него так редко проходят праздники.
До приезда Люси и его работы, как главы великой семьи, Драгнил постоянно ходил на мероприятия, теперь у него не было ни времени, ни желания. Однако этот праздник пропустить не мог: Локсар приближенная семьи Рэдфокс, они следующие по статусу после великих семей, и его отсутствие будет расцениваться как неуважение. Драгнил с каждым днем все больше привязывался к своим мальчикам и покинуть их с Люси на еще один день добровольно — пересилить себя. Поговорив с Зерефом, тот предложил Нацу взять Люси с собой, а также обрадовал, что на празднике впервые за несколько месяцев не будет проводиться собрание.
Проблема с велнусами оставалась открытой: от недостатка пищи, они забирались на территории этериасов, совершая нападения, их численность увеличивалась, и недавно выяснилось, что они стали собираться в стаи, хотя всегда были одиночками. Нацу не видел препятствий в решении проблемы — истребление велнусов полностью или большую часть. Остальные явно так не считали, сначала нужно выяснить причину этой аномалии, потом действовать, говорили они. Собрания проводились три раза в месяц, на праздниках в главную очередь, что порядком достало Драгнила.