Электронная книга - «Моя ненавистная любовь (СИ)». Краткое содержание книги:
Чем ближе они подходили, тем громче звучала ненавязчивая музыка, и тем отчетливее становилась этерская сила. Она ощущалась повсюду, будто весь замок пропитался ей, и куда ты не пойдешь, она не оставит тебя, будет просачиваться сквозь стены и окутывать своим невидимым покрывалом, у которого невозможно найти края и выбраться оттуда. Ты задыхаешься, осознавая насколько жалок человеком перед этой силой. Хартфилия не показывала свои эмоции, надев маску равнодушия, но тревога сидела внутри нее и вызывала в ней страх, охватывающий все ее существо. Забравшись рукой в юбку из фатина, она с большей силой сжала кинжал, под ногтями стали появляться мелкие капельки крови. Люси уже видела раскрытые двери, откуда лился поток света, и видела этериасов снующих по залу. Оставалось несколько метров, как она спуститься по ступеням в зал и окажется в обществе демонов.
Нацу неожиданно остановился напротив одного из проходов в другой коридор. Повернув голову, Люси увидела идущего в коридоре мужчину с темными собранными в небрежный, даже несколько лохматый, хвост. Опустив голову, он застегивал пуговицы на манжете слегка помятого пиджака.
— Здравствуй, Мард Гир, — на лице Нацу промелькнула легкая улыбка, при виде приближенного, что все эти годы вместо него занимался работой главы. Тартарос ему не слишком симпатизировал, особенно по отношению к этери, однако был ему благодарен и знал, что может положиться на него в любой момент.
— Господин Нацу, рад вас видеть. Думал, что вы так и не придете, — Мард Гир приподнял уголки губ, в подобии добродушной улыбки, и настолько искусственной словно что за ней кроется что-то, что наводило на Люси недоверие. Этериас перевел на беременную глаза, в которых четко читалась насмешка и некая заинтересованность. — Так слухи оказались правдивы — у вас появилась этери. Я обижен, что вы ничего мне не сказали.
— Ты же знаешь меня, я не люблю рассказывать о личном, — с легкостью ответил Драгнил, покосившись этери. Почти все люди на его памяти встретив этериасов испытывали страх, что читался в каждом их движении, взглядах, даже в словах. По сравнению с остальными Люси хорошо держалась: лицо было бесстрастным, только небольшая складка пролегла меж бровей и глаза, как он и советовал, отражали надменность. Мард Гир хоть и не выглядел, как монстр, но своим вечным спокойствием и высокомерием, что выражалось во всем нем, пугал. Даже Нацу, в первый раз встретив его, насторожился, так что если Люси смогла пережить встречу с ним, значит остальные не напугают ее.
Послышался звук хлопнувшей двери. По коридору, откуда вышел Тартарос, сейчас шли две женщины, такие же растрепанные с легким румянцем на скулах. Брюнетка была красива, с ровным носиком, выразительными чертами лица и темными миндалевидными глазами, короткое платье подчеркивало длинные ноги. «Но ее апатичный взгляд отталкивает», заметила Хартфилия, а также то, что в отличии от знакомых уже этериасов в ее внешности были черты, что указывали на принадлежность к расе демонов: два больших рога и некий символ на лбу. Вторая, зеленоволосая демоница, сначала показалась исповеднице гибридом-птицей в первую очередь из-за, похожих с ними черт: выступающие перья на лбу, заостренные уши и странная прическа, словно у нее крылышки. Но длинные когти и жестокость в прищуренных синих глазах выдавали в ней не милую пташку, а плотоядного хищника.
Поздоровавшись с Нацу, женщины посмотрели на исповедницу, даже брюнетка, которую, как кажется, не волновали многие мелочи, задержала на ней свое внимание подольше. Инстинктивно, сама не заметив этого, Люси отпустила кинжал и прикрыла живот рукой.
— Так вот почему вы так давно к нам не заходили. А мы с Сейрой думали, что случилось что-то важное, — усмехнулась демоница.
— Для меня это больше, чем просто важное, Кьека, — ответил Драгнил, оскалив зубы. То, что у нее нет ребенка, вовсе не означало, что она имеет право так говорить.
Хартфилия нахмурилась, сильнее сжав руку этериаса, настолько, что у самой побелели костяшки пальцев. От слов этой курицы, как успела окрестить ее Люси, в груди вспыхнул огонь ревности. Она знала, что они приближенные Драгнила, вот только, она не дура и понимала, какой характер несла сказанная фраза. Всякий страх исчез и Люси жалела, что вместо окрайда у нее простой кинжал. А еще ей очень хотелось узнать у своего этериаса — давно это как долго?
Молчание и мысленное презрение друг к другу не могло длиться вечно, и через минуту они прошли в главный зал. Дизайн здесь не особо отличался от всего замка, сильно его выделяли вода текущая вдоль высоких стен и мостики над речками в поле, что текли в самый центр, где стоял огромный фонтан из статуи русалки, держащей кувшин над головой, откуда, как и в других статуях, текла вода. Хартфилия до того, как заметила надпись, успела догадаться, что это была основательница дома. И также Люси восхищало, что вместо портретов, как у Драгнилов, семья Лоскар всех своих членов изображали в скульптурах. Однако насладиться красотой этого места ей не дали этериасы. Никто не объявлял об их приходе, но почти все повернулись в сторону входа и рассматривали Хартфилию. Кто-то смотрел без стеснения долго и изучающие, кто-то урывками, возвращая взгляд через несколько секунд, но все смотрели исключительно на нее. А затем разговоры в зале стали только громче и зрителей становилось больше. Раздражало, бесило, нервировало, а главное — хотелось защититься. Нацу уверил, что они ничего не сделают ей, но чувство опасности заставляло боятся не столько за свою жизнь, как за жизнь своих девочек. Но она знала, что показывать страх перед врагом — глупейшая ошибка, и нацепив маску безэмоциональности, терпела, ради Нацу. Она не должна его подводить.
Они отошли не так далеко от входа, как вокруг них собрались девять этериасов. По их именам было ясно, что это приближенные Драгнила. Нацу, когда только начал работать, как глава, ей один раз называл их имена, которые она каким-то образом запомнила. Сначала они пытались разговорить Нацу насчет этери и ее необычной беременностью сразу двумя детьми, но тот лишь назвал ее имя, умолчав про фамилию и принадлежность к исповедницам, и быстро дал понять, что разглашать больше подробностей не собирается. Те возражать не стали и быстро потеряли к ней интерес, хотя иногда поглядывали в ее сторону, и желание узнать больше читалось в них.
Люси не вслушивалась в разговоры, она детальней рассматривала интерьер зала, немного сожалея, что в доме Драгнилов простой зал без необычных или запоминающихся деталей, как здесь. Тут можно проводить время часами, без всяких баллов, и вид с широкого балкона наверняка захватывающий, находясь на такой высоте. Хартфилия высматривала в толпе других этери, немного расслабляясь, что она здесь не единственный человек, и детей, где-то на подкорках сознания представляя своих девочек среди них. И как бы она не хотела, она иногда засматривалась на этериасов. Посмотреть было на что: немногие ходили в полностью человеческой ипостаси, как Драгнилы или Спригганы, большинство были в своей полудемонической форме, нередко она замечала у них хвосты, рога, когти и другие отличительные черты, не присущее людям. Были и те, кто ходил в своей полноценной форме, например Эзель и Торафузар. Нацу предупредил ее, что бояться нечего, некоторые демоны так делают, считая, что это поможет стать сильнее. И все же Люси старалась не смотреть на этериасов: те быстро ощущали это и делали тоже самое, только уже с нескрываемой брезгливостью.
Был один этериас, что за все минуты, что они провели здесь, до сих пор не мог оторвать от нее глаз и не терял попытки найти в ней что-то более интересное, чем ее беременность и временную принадлежность к главенствующей семье. Все называли его Шакалом, впрочем он и вправду напоминал этого зверя: мохнатый хвост, большие заостренные уши, даже волосы и шерсть на руках была желтая с серым оттенком, как у настоящих шакалов, которых Люси видела у кочующих табунов. Участвовать в разговоре для молодого этериаса было занятием не заманчивым, поэтому он занялся более забавным увлечением — люди существа слабые и пугливые, грех этим не воспользоваться. Вот только, Шакал не подозревал, что этери Драгнила, чье имя он не потрудился запомнить, и его задумка оправдают себя с другой стороны. Он махал руками перед лицом, говорил растягивая буквы, словно она полоумная, подходил ближе дозволенного, корчил пугающие по его мнению рожи, и всячески пытался привлечь внимание Люси, дабы напугать ее. Та, вместо того чтобы потакать его желанию, не обращала ни капельку своего внимания. Нацу не единожды говорил Шакалу прекратить, и в его голосе слышалась очевидная угроза, но тот и не думал слушать, продолжая заниматься своим.