Моя ненавистная любовь (СИ)

Бал начался относительно давно, но к паре до сих пор стояла своеобразная очередь, словно они товар во время праздничной ярмарки. И чем ближе Люси с Нацу подходили, тем сильнее исповедница всматривалась в скучающего мужчину. Пребывая в своих раздумьях, все вокруг проносились мимо нее, она их совершенно не замечала, и только на Локсар задержала глаза — ради уважения нужно хотя бы узнать ради кого она сюда приехала. Однако сейчас, когда она заметила этери Локсар, успевшего снять камзол и расстегнуть верхние пуговицы рубашки, к ней пришло осознание — в нем есть что-то знакомое. Она отговаривала себя, такого быть не может, но смотря на мужчину она с удивлением узнавала эти грубые черты, что придавали ему свою особую, мужскую, красоту, черные глаза, с присущим им холодом, и даже шрам на лбу был ей знаком!

— Грей! — забыв об всем, Люси отпустила Драгнила и окрыленная радостью зашагала прямо к паре. Мужчина с настороженностью взглянул на исповедницу и буквально через секунду, широко распахнув глаза, равнодушное лицо озарила такая же радость на лице.

— Люси, черт меня побери, это ты! — с неподдельным удивлением и восторгом сказал Грей. С таким же стремлением он пошел в сторону исповедницы, и неожиданно для себя оказался в ее объятиях, она никогда прежде не позволяла себе подобного, хоть были долго знакомы. Отстранившись, они продолжали радостно смотреть друг на друга, и улыбки не сползали с их лиц.

— Что по чем, Люси? Хотя нет, замолкни, — резко всякая радость испарилась, будто ее и не было вовсе, обеспокоенность появилась в Грее, вспомнив, что они оба находятся на земле этериасов. — Не уж то и ты, одна из нечестивых?

— Как видишь, мы с тобой в одном положении, — со смешком Люси подметила, что в Грее остались водившие многих в шок привычки, как резкая смена настроения и эксгибиционизм. — Грей, одежда.

Накинув обратно жилетку, Фуллбастер не отрывал от Люси взгляд. Это было странно, Хартфилия была охотницей на демонов, а оказалась этери демона. С губ почти слетел вопрос, тот, что все, знающие правду, задавали у Нацу и Люси, но до него быстро дошло, что Люси первым делом женщина, только потом исповедница.

Однако не это единственное вызывало волнения. Благодаря своей работе Грей научился читать людей с одного взгляда и, помня старую исповедницу, от него не укрылись и другие странности. Она обняла его, мужчину. Когда он упомянул, что они нечестивые, улыбка перестала быть такой же широкой, но не исчезла: как заметил Фуллбастер, обычно стоило кому-то предположить, что человек может быть нечестивым, того резко накрывала злость, а учитывая, ненависть исповедниц к этериасам, это было в двойне странно. Окончательно ухудшало ситуацию то, что Хартфилия, судя по платью и нахождением здесь, была беременна. И в ней было вовсе не смирение, как сначала предположил он, что-то другое, неясное ему.

Только Грей хотел задать еще вопрос, он внезапно почувствовал, как его схватили за руку и дернули в сторону, что аж плечо заболело. Рядом с Люси оказался демон с розовым цветом волос, аккуратно приобняв девушку за талию, он придвинул ее к себе. У обоих этериасов брови сдвинулись к переносице, сжались челюсти, и оба испепеляли взглядом этери друг друга. Грей закатил глаза и цокнул, услышав, как Джувия сказала «scaratunas». Его переводчица не перевела дословно, что за слово выкрикивала демоница, стоило служанке или кому-то женского пола подойти к нему, она слегка смутилась и объяснила, что этериас сильно ревнует.

— Полегче с выражениями, Джувия, — сурово произнес Драгнил. Локсар остудила свой пыл, но продолжала хмуриться и злобно смотреть на девушку, а руку Грея больше не сжимали в железных тисках, но и не отпускали, за что ее обладатель был очень благодарен демону. — Кто это, Люси?

Подняв глаза на демона, Грей впервые ощутил радость от того, что Джувия рядом — Драгнил не показывал свои эмоции так яро, как Локсар рядом с ним, однако его взгляд по-настоящему пугал, словно он пытался заставить Грея жалеть за то, что он дотронулся до его этери, за то, как она не него среагировала, и за то, что он вообще существует. Сомнений не осталось — Люси вынашивает ему ребенка.

Но помимо этого, он обнаружил еще одну странность в поведении старой знакомой — та была совершенно не против, что ее обнимает не просто мужчина, а этериас! Она сама придвинулась к нему ближе. Нет, это определенно не было похоже на известную ему исповедницу.

— Это, мой старый… — запнулась Хартфилия. Раньше она называла Фуллбастера исключительно знакомым, так как назвать его кем-то большим ей запрещал кодекс исповедниц. Но она уже не единожды нарушила правила, и сейчас ей ничто не помешало. — Мой старый друг — Грей Фуллбастер.

Грей был на два года старше Люси и происходил из народов севера, все в нем выдавало это: светлая кожа, узковатый разрез глаз, резкие выступающие черты лица, характер был сдержан и холоден, в речи краткость, все только по делу, заметный акцент и употребление диалектных слов (сейчас он еще не плохо говорил, по сравнению с тем, что было раньше). Его отец, Сильвер, был странствующим торговцем, и Грей с малого возраста путешествовал с ним, после того, как в пожаре умерла его мама, а сам он был на волоске от смерти.

Познакомились Грей с Люси, когда Лейла еще была жива. Сильвер торговал разного вида вещами, в том числе и неплохим оружием из-за границы, спрос на который был у рыцарей, чьи отряды проходили через Синору, и у исповедниц. Мама тогда взяла Люси собой, и пока она рассматривала мечи, ее дочь держала сумку. Люси в то время редко выходила в город, она с такой же внимательностью, как и мама, рассматривала товар и ближайшие лавки. Люси совершенно не заметила, как рядом пристроился мальчишка в потрепанной одежде, и как его рука потянулась к сумке. Обокрасть Люси не успели — Грей быстро смекнул, что мальчишка хочет сделать, и резко потянув его сзади за ворот, повернул на себя и врезал. Люси тогда больше напугалась не из-за чуть не сбывшегося ограбления, а странной речи спасителя: «Колчушка, не мохай! У тебе б счас гомонок стыбзили, и не втарить тебе ни шиша». Хартфилии-младшей была не очень понятна речь Грея, однако именно она ее привлекла и забавляла. Маленькая исповедница тогда не совсем понимала кодекс и многие запреты, поэтому стала общаться с Греем. Каждый раз, когда Фуллбастеры приезжали в город, Люси заходила купить оружие или одежду, Грей начинал разговор, и так она оставалась с ним после работы, чтобы послушать о его путешествиях в дальних странах, о обычаях и людях, что там живут. Люси, как и любая исповедница, не могла иметь связей с мужчинами, и она, честно считала, что не нарушает данное правило, ведь редкое общение с мужчиной не было нарушением, по сравнению с тем, что некоторые старшие сестры могли чуть ли не каждый день уходить в бар «передохнуть», да и Верховные ничего не говорили. Эрза даже предлагала Люси взять Фуллбастера в роли отца ребенка — северные люди отличались своим крепким здоровьем, что соответствовало подбору, и к тому же в первый раз лечь в постель со знакомым мужчиной, которому ты хоть немного доверяешь, легче, ведь навряд ли Грей был бы с ней груб, в отличии от многих рыцарей. Это было около трех лет назад, о дочери она еще не задумывалась, и отказалась.