«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания
- Автор: Левис Мария Михайловна
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Кабинетный ученый
- ISBN: 978-5-7525-3068-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - ««Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания». Краткое содержание книги:
Написанные без затей, как пишутся все личные дневники и письма, адресованные прежде всего близким, эти воспоминания полны удивительной энергией жизнелюбивой натуры рассказчицы, не просто принимавшей все, что ни пошлет ей век, но словно бы выступавшей этому всему навстречу.
Мы сняли пальто, шапочки, пригладили волосы и бодро отправились на другой конец села, в дом Петра Николаевича. Дядя Петя, как называли его Таня и Сережа, и его жена радушно нас встретили.
В столовой был накрыт стол на пять персон. Горела лампа. Гостеприимные хозяева принялись нас кормить. Я запомнила, что подавался замечательно вкусный варенец. Я с удовольствием съела большую глубокую тарелку. Увидя, что варенец пришелся мне по вкусу, Петр Николаевич тотчас же налил мне вторую порцию, которую я одолела уже с некоторым трудом. Когда дело дошло до третьей, я умоляюще посмотрела на Таню, и она, смеясь, сказала: «Дядя Петя, не уподобляйтесь Демьяну с его ухой». Он внял голосу разума и оставил меня в покое.
После ужина мы простились с хозяевами и через все село отправились к себе в дом.
В доме было, если не ошибаюсь, пять комнат. Одна из них принадлежала Лидии Николаевне и ее семье. Там-то мы и поселились с Таней. Вторая — семье Сажиных (то есть Евгении Николаевне, ее мужу и детям), третья — Ольге Николаевне, самой младшей из сестер, и ее сыну Юре, четвертая, очевидно, числилась за Верой Николаевной (жившей в то время за границей), и пятая — общая — столовая, что ли? Там стоял большой обеденный стол, стулья, пианино и пр.
Все это я рассмотрела на следующее утро, когда мы, выспавшись, отдохнув от поездки, встали, помылись и выпили чаю, который сами себе и приготовили на кухне, на керосинке (или на плите).
Взрослые (то есть Лидия Николаевна и ее сестры) велели нам нанять на деревне какую-нибудь женщину для уборки дома и стряпни. Мы честно поискали, но дело было весеннее — у всех много работы и по дому, и по своему полевому хозяйству, так что согласилась нам помогать только одна молоденькая девочка, лет пятнадцати, да и то главным образом по уборке дома, а от стряпни отказалась, так как боялась не угодить «барышням». А барышни и сами-то в этом деле ничего не понимали.
Первые дни (два дня, вероятно) нас кормили обедами в доме Петра Николаевича. Но он вскоре уехал с женой, предложив нам делать всякие покупки через управляющего его имением, который посылал регулярно в город (Тетюши) за продуктами кого-то из служащих при конторе. Картошку же, солонину, кислую капусту мы получали со двора того же владельца имения. Мы составляли список нужных нам продуктов и отдавали управляющему, через которого и получали все, что привозилось нам из города. Деньги мы честно уплачивали всякий раз, и Таня писала матери успокоительные письма: «Не беспокойся, мамочка, я все расходы тщательно записываю». Когда приехали взрослые и проконтролировали наши расходы, они очень удивились. Большая часть их ушла на сахар и шоколад, а меньшая — на мясо, крупы и пр. Над нами посмеялись, и только.
Готовить ни Таня, ни я не умели, но в доме нашлась поваренная книга, кажется, Елены Молоховец — «Подарок молодым хозяйкам». Она-то нас и выручила. Мы решили готовить по очереди. Так и сделали. В четные дни дежурила Таня, в нечетные — я. В четные дни я читала по книге вслух медленно и вразумительно, как готовить выбранное нами блюдо, а Таня была исполнителем, а в нечетные дни — наоборот. Иногда у нас получалось, иногда нет. Помню, как однажды мы выбрали «телятину под бешамелью». Долго трудились, потратив кучу превосходных продуктов, но, очевидно, в исполнение вкралась какая-то неточность, и получилось нечто совсем несъедобное. Никто из нас, даже Сережа, обладавший чудесным аппетитом, не смог проглотить и куска этого варева. Отдали Лучку, но и тот, понюхав, укоризненно взглянул на нас и презрительно отвернулся.
Так как каждое утро мы с Таней часа два или три посвящали занятиям, то обед часто запаздывал, и несчастный голодный Сережа ходил по саду, подбегал к скамейке и к столу, за которым мы решали логические задачи, и робко спрашивал: «Девочки, а когда же мы будем обедать?» — «Ты хочешь есть, ну и готовь обед!» Однажды он, осердясь, подвязал фартук и принялся готовить. Нужно отдать ему должное. Он накормил нас простым, но вкусным обедом. Вскоре он заявил, что будет ходить обедать с рабочими в имение Петра Николаевича. Так и сделал, что было вполне разумно.