Всеволод Кочетов. Страницы жизни, страницы творчества
- Автор: Строков Петр Сергеевич
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Критика
Электронная книга - «Всеволод Кочетов. Страницы жизни, страницы творчества». Краткое содержание книги:
Это пока еще мечта, описанная в седьмой главе романа. А в тринадцатой тем же приемом, но глазами другого героя показана картина воплощения этой мечты в реальность. Парторг Жуков, тоже любивший подниматься в будочку стапельного крана, с удовлетворением отмечает, что панорама завода «заметно изменилась с прошлого года». Не повторяясь, к увиденному «мысленным взором» Антона писатель добавляет немного, но весьма важных штрихов: корпусообрабатывающая мастерская уже соединилась с огромным цехом секционной сборки; между этим цехом и стапельными участками пролегли рельсовые пути, по которым, подавая секции на стапель, будут ходить специальные катучие площадки и краны; бок о бок с Ладой роется котлован под док — с помощью этого дока облегчается и сборка и спуск корабля на воду.
И тут же крутой, но «по-кочетовски» естественный и органичный переход от технологии к людям: «Жуков смотрел на кровли цехов, на крыши старого поселка и городских кварталов, подступивших к заводу, но видел не кровли, не крыши, а людей, которые под ними трудились и обитали... Все разные, самобытные, со своим норовом, со своими характерами, мыслями, стремлениями. Но вместе они составляют коллектив, могучую силу, которая строит не просто корабли — нечто более значительное и великое».
В романе постоянно ощутима эта атмосфера гуманизации, одухотворения производственных процессов как в целом («реконструкция» человеческих душ), так и в частностях. Объективно изображенный факт или явление часто служат автору поводом для широких обобщений социального и нравственно-этического характера. Эта черта, присущая многим страницам романа, с особой выразительностью проявляется в заключительных главах.
Реконструируясь на ходу, завод достраивает последний океанский корабль по старой технологии и одновременно готовит секции для корабля, который ознаменует начало работы по новому методу...
Наконец, настал долгожданный день. Коллектив завода в сборе. На торжество прибыло немало гостей и представителей высоких инстанций. Старый завод на Ладе привлек всеобщее внимание, потому что из старого он превращался в новый.
Торжественно трубит оркестр. Министр перерезал ножницами красную ленточку у выхода из главного цеха сборки секций — и «большой поток» пошел.
«Большой поток пошел, и в тот же день многие на заводе поняли, что в их жизни совершаются крутые изменения. Пусть неплохо они работали, пусть даже хорошо, но уже и «хорошо» не годится, надо «отлично».
Вот когда Илья Матвеевич в полной мере осознал свою ошибку: зря он сетовал на то, что с реконструкцией завода сузится, измельчает задача стапельного участка, а вместе с тем и его роль как начальника этого участка. Отныне расхаживать по стапелю да рассуждать о том, о сем не придется. Прежде корабль мог простоять на стапеле лишних два-три месяца — и ничего страшного: цехи все равно работали с полной нагрузкой — готовили материалы, оборудование и механизмы для следующих кораблей. «Теперь застрять со сборкой на стапеле — значит остановить большой поток — главную заводскую артерию». Да, задача! Надо перестраиваться, нужны новые навыки. И новые знания.
Конечно, прочитав роман В. Кочетова, не станешь знатоком судостроения, тем более что ныне оно ушло далеко вперед даже по сравнению с «большим потоком», описанным в «Журбиных». Но автор и не ставил перед собой задач научно-технического просветительства — для этого есть другие формы и средства, с которыми литературе — «человековедению» — соревноваться совершенно незачем. Однако для решения своей творческой задачи писатель, основательно изучив труд корабелов, воссоздал производство широко и разносторонне. Задача же состояла в том, чтобы раскрыть гуманистическое содержание научно-технического прогресса при социализме, показать те существенные перемены, которые происходят в душах людей в ходе этого неуклонно развивающегося процесса. Правдиво отражая взаимосвязь и взаимозависимость человека-труженика и социалистического производства, писатель расширил и углубил социально-психологическое содержание романа.
Когда критики пишут о теме труда в романе В. Кочетова, то нередко ограничиваются ссылкой на сцену, показывающую работу Алексея Журбина как клепальщика. Остановлюсь на этой сцене и я, но не только для того, чтобы показать мастерство писателя в изображении индивидуального труда. И до «Журбиных» было немало произведений, в которых неплохо описывался труд сталевара, шахтера, монтажника, строителя и т. д. Но беда многих из этих произведений состояла в том, что индивидуальный труд изображался изолированно, в отрыве от общего производственного процесса, — сам завод, шахта, стройка оставались только фоном, подчас основательно размытым. «Журбины» — один из первых романов послевоенных лет, в котором индивидуальный труд описывается как необходимое звено в общей цепи производственного процесса. Отсюда — многообразие профессий, представленных в романе.