Всеволод Кочетов. Страницы жизни, страницы творчества

Реконструкция завода, понятно, предполагает перестройку и расширение существующих цехов, возведение новых, прокладку поточных линий и коммуникаций. Автор не обходит и эту сторону дела, проявляя творческую находчивость и изобретательность в ее освещении. Начинает он с описания притока все новых и новых отрядов строителей, что еще раз подчеркивает масштабность предстоящих работ, в результате которых завод, по существу, будет построен заново. В этом описании снова ощутима преемственность и глубинная связь с литературой 30-х годов, любившей живописать «великие переселения народов», вызванные строительством первых гигантов нашей индустрии, гидростанций и новых городов. Да и само ядро строителей — из тех же славных времен.

«Каждое утро в город, к вокзалу, мчались грузовики и возвращались с людьми, которые неторопливо, деловито складывали на площади возле памятника Ленину сундучки и видавшие виды, перевязанные толстыми веревками чемоданы, закуривали, осматривались, ожидая работников отдела кадров и комендантов общежитий. Не впервой приходилось им приезжать в незнакомые места. Вот так же, степенно покуривая, сидели они когда-то на своих сундучках среди горячих просторов Южного Урала, — после их отъезда там, в степях, оставались новые города и домны. Так же окидывали опытным глазом днепровские берега, которые им предстояло соединить плотиной Днепрогэса, так же появлялись на Севере, на Алтае, в пустынях Прибалхашья, на Амуре, — и советские картографы, придя в эти места после них, вынуждены были переделывать. и перепечатывать географические карты страны».

Кстати, если говорить об элементах публицистики в романе, то этот пример типичен. Публицистика в «Журбиных» носит характер крупных обобщений, она образна, выразительна, проникновенно-лирична, одухотворена любовным отношением к человеку труда.

Бывалые строители приступают к делу, и завод начинает преображаться. Но прежде чем это произойдет, автор дает общую панораму завода, показывая его таким, каков он есть и каким должен быть по своей планировке согласно проекту реконструкции. Панорама набросана с «высоты птичьего полета» — не столь уж высокого, скрывающего многие важные детали, но и не так уж низкого, лишающего возможности обозреть картину в целом.

Антон, любивший в час досуга посидеть в «голубятне» стапельного крана родной тетушки Натальи, в один из ясных дней ранней осени наблюдает отсюда «картину, виденную-перевиденную, но всегда для него новую и прекрасную». Однако, как бы ни была прекрасна эта картина, близкая и родная со времен юности, Антон смотрит на нее глазами инженера-новатора и зримо представляет те изменения, которые произойдут в результате реконструкции завода. Исчезнет хаотичность расположения цехов, оставшаяся от прошлого как следствие стихийного роста предприятия в различные периоды его истории. Параллельно главному заводскому проспекту будет проложен новый — к двум новым стапелям; корпусный цех расширится; заготовительные цехи и мастерские выстроятся в линию — через них пройдут пути непрерывного потока материалов, заготовок, собранных секций...