Электронная книга - «Умение прощать (СИ)». Краткое содержание книги:
— Даже не прошу совершать такой подвиг ради меня! Твоя задача — убедить Амбхикумара, что лезть должен Арья, — улыбнулся Дхана Нанд, погладив сестру по голове. — Как только я спущусь на верёвке и сделаю вид, будто застрял, Арья обязан будет меня «спасти».
— А если Амбхикумар воспылает желанием отправиться выручать тебя? — поинтересовалась царевна. — Влюблённый парень будет рваться вперёд, как необузданный жеребец.
— Ни в коем случае не пускать! — резко отрубил Дхана Нанд. — Плачь, кричи, умоляй его остаться и не рисковать, потому что ты не хочешь потерять будущего мужа. Девушка, которая самостоятельно справилась даже с распалённым Раштрапалой, Амбхикумара и подавно удержать сможет, — ласково прибавил Дхана Нанд.
— Ладно, — было заметно, что похвала брата очень польстила Дурдхаре. — Уговорил.
Амбхикумар согласился услужить Дхана Нанду почти мгновенно, убеждать его не потребовалось. С раскрасневшимися щеками и блестящими глазами он бросился во двор, чтобы отдать распоряжения насчёт угощений для Дурдхары и достаточного количества питья для всех путешественников. Дхана Нанд приказал взять несколько крепких верёвок. То, что Арья поедет с ними, даже не обсуждалось. Дхана Нанд старался не выдать своих истинных намерений, сказав царевичу, будто вчера узнал от Амбхираджа, что в картском колодце лежат кости Чанакьи и Чандрагупты.
— Желаю увидеть останки предателей, — небрежным тоном проговорил Дхана Нанд. — Так удивительно было узнать от Амбхираджа, что эти двое заговорщиков пережили пожар в Хава Мехел и умерли в Карте. Я даже и не знал. Полагаю, плен в колодце они точно не перенесли?
— Несомненно, — суетился вокруг него Амбхикумар, радуясь, что на него наконец обратили внимание. — Картский колодец — страшное место, хуже Паталы. Там не выживет никто.
Император старался не смотреть на Чандрагупту, ибо боялся, что его взгляд сейчас выражает слишком многое. Наконец, колесница была готова, возница тронул коней, направляя их к воротам.
Осторожно скосив глаза вбок, Дхана Нанд заметил, что Чандрагупта сидит рядом с Амбхикумаром ни жив ни мёртв. Император едва справился с порывом отменить эту выматывающую поездку, схватить юношу за руку и сказать ему правду о своих чувствах, не сходя с места. Но он опасался, что Арья выскочит из колесницы прямо под копыта коней или вытворит что-нибудь вовсе непредсказуемое. С него станется!
«Пять лет боли и вражды… Он думает, что я теперь могу только презирать и ненавидеть его. Нет, нужна предельная осторожность. Или по крайней мере узкое, замкнутое пространство, откуда не сбежать даже при большом желании».
И Дхана Нанд продолжал неподвижно сидеть на месте, завернувшись в накидку. Дурдхара тоже замерла и молчала всю дорогу. Амбхикумар пытался развлечь всех беседой, но его никто не поддержал, и в конце концов он насупился и затих.
За время пути Чандрагупта передумал разное. Ему было не понять, зачем Дхана Нанд устроил эту бессмысленную поездку, вытащив из дворца ни свет ни заря Дурдхару и Амбхикумара. Какие кости он рассчитывает найти в Карте? А если не найдёт, то что тогда?
«Возможно, он подозревает о том, кто я, — понял юноша и похолодел. — Если не найдёт останков, то его предположения превратятся в уверенность, и меня казнят. Конец вражде, битвам… Вообще всему! Может, и к лучшему. Я слишком зажился этой бесполезной жизнью», — подумав так, он успокоился и позволил своим мыслям течь свободно.
Как назло, невольно вспоминались дни, проведённые в Паталипутре, когда он мог называть императора Магадхи по имени и чувствовал себя самым счастливым на свете. Прекрасные дни, которые никогда не повторятся…
Возле колодца Амбхикумар и Арья наперебой стали уговаривать императора ни в коем случае не спускаться, приводя каждый свои доводы. Арья предлагал свою кандидатуру для проверки содержимого темницы, Амбхикумар бил себя кулаком в грудь, утверждая, что вполне справится один и принесёт известие о том, действительно ли в колодце погибли предатели.
Дхана Нанд с усмешкой слушал обоих, а потом резким жестом оборвал и царевича, и Арью, заявив, что спускаться будет только сам. Обвязавшись верёвкой, он бесстрашно полез вниз, упираясь ногами в полуразрушенные каменные стены.
— О, тут баньян! Высокий! — прокричал он, очутившись на самом дне. — Матрацы, набитые хлопком! Увы, сгнили. Какие-то мешки! Больше ничего не вижу!
— А кости заговорщиков? — склонившись над устьем колодца и приставив ладони ко рту, истошно завопил Амбхикумар. — Они есть?!
— Нет, не нашёл ещё! — отозвался из глубин Дхана Нанд.
Некоторое время внизу слышались шаги, возня и невнятное бормотание.
— Эй, Амбхикумар! — спустя некоторое время донеслось до царевича. — Кажется, у меня верёвка оборвалась! Я не смогу выбраться! Пусть Арья спустится и поможет!
— Лучше я сам! — с неожиданной готовностью подхватился Амбхикумар, бросаясь к валяющейся под ближайшим деревом куче верёвок, принесённой возничим из колесницы. — Самрадж, я сейчас, подождите!
Дурдхара, быстро осознав, что дела плохи, и всё уже идёт не по плану, быстро метнулась к жениху, ухватилась за него и повисла на шее царевича, сдавив его так крепко, что у Амбхикумара потемнело в глазах от нехватки воздуха.
— Не рискуй собой, любимый!!! — пронзительно вопила Дурдхара, искренне надеясь, что у неё убедительно получается изображать истерику. — Что я буду делать, если и ты застрянешь?! А если разобьёшься по дороге вниз?! Я жить не смогу без тебя!!!
Амбхикумар оторопел. Впервые его невеста проявила к нему интерес, и хоть сам царевич понимал невозможность взаимности со своей стороны, ему почему-то было приятно видеть такую заботу.
— Господин, останьтесь с раджкумари. Она разволновалась, и вам следует её утешить, — Арья выбрал верёвку подлиннее и, обмотав один её конец вокруг ствола дерева, а второй — вокруг своего пояса, подошёл к колодцу.
Дурдхара продолжала сжимать мёртвой хваткой дёргающегося Амбхикумара, мысленно умоляя Чандрагупту поскорее прыгать, ибо силы её были на исходе, а царевич делал всё, чтобы освободиться. Арья словно услышал её мольбы. Решительно выдохнув, он устремился в колодец.
В полутьме он не сразу увидел Дхана Нанда, и лишь когда глаза приспособились к недостатку освещения, столь привычному для него на протяжении пяти лет, юноша заметил: император стоит под баньяном, уперев руки в бока, склонив голову к плечу, и внимательно разглядывает его.
Чандрагупта отвязал верёвку, чувствуя, как трясутся руки. Собравшись с духом, поднял голову и медленно двинулся вперёд, ощущая, с каким трудом даётся каждый шаг. В уши словно набился хлопок, и в этой глухой тишине отдавались тяжёлые удары сердца.
«Я не выдам себя. Он может подозревать что угодно, но никогда не узнает наверняка. Я — Арья. У него нет доказательств обратного».
— Император, — бодро заговорил Чандрагупта, указывая на верёвку, свисающую почти до самого дна колодца, — прошу вас, подойдите туда! Я помогу вам выбраться.
Дхана Нанд ещё некоторое время продолжал смотреть на него, а потом вдруг быстро преодолел небольшое расстояние, разделявшее их, и, порывисто обняв юношу, прижал к своей груди.
Глаза Чандрагупты расширились. Дрожь сотрясла его с такой силой, словно молния вошла в затылок, а вышла через стопы. Стены колодца раскачивались, будто он глотнул вина. В груди разливалась давно забытая горячая истома. Как давно он не ощущал ничего подобного!
— Что вы делаете? — слабо пролепетал Чандрагупта, приподняв собственные руки и желая до смертельной боли ответить на объятия, но не решаясь это сделать.
Пальцы Дхана Нанда обхватили его голову, зарылись в волосы, небритая щека прижалась вплотную к его щеке…
— Прости, сокровище! Я так виноват. Ты сможешь меня простить?
Казалось, небо и земля поменялись местами. Чандрагупта замер, решительно ничего не понимая.