Электронная книга - «Умение прощать (СИ)». Краткое содержание книги:
— Она теперь следит за тем, куда я хожу! Следит постоянно, прикрываясь заботой обо мне, но ведь не было в нашей помолвке моей воли! За что мне это наказание? Боги, за что?! — рыдал Амбхикумар, и Чандрагупте, с одной стороны, было его искренне жаль, но с другой — он испытывал неимоверное облегчение, понимая: ещё один день прошёл, а царевичу не удалось пробраться к Дхана Нанду и осуществить своё безумное намерение.
— Слушай, Арья, — наконец, царевич с робкой надеждой посмотрел на своего воина. — Раз уж к Дхана Нанду мне вход закрыт, скажи: может, от твоего яда существует противоядие? Давай я спрошу у лекарей, есть ли шанс тебя исцелить?
— Нет, — стараясь сохранять унылый вид, отозвался Чандрагупта. — Брамин, у которого я выпросил яд, сказал, что после двадцати восьми ахоратра приёма надо делать перерыв, а я пил снадобье беспрерывно целый год. Любые противоядия теперь бесполезны.
Амбхикумар снова впал в тоску, уткнувшись носом в собственные колени.
— Я приведу к вам Гаутама, Девдаса и Васу, — продолжал успокаивать Чандрагупта. — Они не так плохи, как кажется. Только прикажите!
— Заткнись! — в полном отчаянии прохлюпал носом Амбхикумар. — Не утешай меня, предлагая каких-то замшелых йогов из леса. Самые прекрасные мужчины мира не хотят меня, либо к ним невозможно подобраться, либо они отравлены. А я живой! Только жить нормально не могу.
Чандрагупта хотел успокоить Амбхикумара словами о близкой свадьбе и горячих объятиях жены, но вовремя прикусил язык, поняв, что ничего худшего сейчас и выдумать невозможно.
— Какой-то странный этот Амбхикумар! — Дурдхара расхаживала взад и вперёд по покоям брата. — Даже Раштрапала в наш прошлый приезд в Паталипутру улучил момент, притиснул меня к стене и пощупал мою грудь со словами: «Если матери разные, значит, это не грех», а собственный жених ни разу пальцем не дотронулся, хоть в последнее время мы постоянно вместе.
— Раштрапала посмел прикоснуться к тебе с грязными намерениями?! — в гневе вскричал Дхана Нанд, мгновенно отреагировав на признание сестры. — Почему ты не сказала сразу? Да я с него заживо кожу сниму, а остатки тела брошу гнить в темницу!
— Да всё в порядке, не сердись, — отмахнулась Дурдхара. — Раштрапала своё получил. Лекари потом его рану две пакши подряд вылечить не могли. С тех пор он больше ко мне не подходит, да и остальные братья глаза боятся поднять, а раньше постоянно пялились куда не следует. Особенно Кайварта.
— Какие же они все подлецы, — вздохнул Дхана Нанд, качая головой. — Никому доверять нельзя! — он помолчал немного, а потом добавил. — Да, Амбхикумар вёл себя странно, я тоже замечал это, но сейчас он образумился. По крайней мере, перестал докучать своим назойливым присутствием, а то поначалу покоя не было, так и торчал здесь. Что? — Дхана Нанд удивлённо посмотрел на сестру. — Почему у тебя такой взгляд?
— Да он же влюбился! — внезапно осенило Дурдхару. — Я теперь поняла: он искал повод встретиться и даже плеть хотел притащить ради того, чтобы хоть как-то тебя заинтересовать.
— Плеть? — у Дхана Нанда глаза на лоб полезли. — Когда?!
— Совсем недавно. Арья донёс мне о его намерениях, но я не позволила такому случиться, а возможно зря! Тебе ведь тоже нужно снимать напряжение… Амбхикумар мог бы помочь. Наверное, напрасно я его отвадила? Ты против?
— Нисколько не против! — с чувством воскликнул Дхана Нанд. — Сын Амбхираджа даром мне не нужен хоть с плетью, хоть без неё. Я бы куда охотнее выпорол… А, неважно.
— Арью? — личико Дурдхары стало лукавым. — Могу понять. Он напоминает Чандрагупту, даже если не является им. Знаешь, очень странно, что именно Арья донёс мне о желании Амбхикумара быть выпоротым твоей рукой…
Лицо Дхана Нанда вдруг просветлело.
— Не думаю, что этот юноша так сильно беспокоился за целость спины Амбхикумара. Кажется, он просто не желал позволить мне сблизиться с кем-то, а это… замечательно! Это дарит надежду, — и на губах императора заиграла самая лучезарная улыбка, которую только можно вообразить.
Дурдхара не успела отпустить шутку по поводу развратных мыслей, бродящих в голове у брата. Занавесь, ведущая во внутренние покои колыхнулась, и в опочивальню царя влетел взволнованный аматья Ракшас.
— Есть! — воскликнул он, торжествующе глядя на Дхана Нанда. — Мои люди нашли Муру. Она скрывается в буддийском ашраме. Как быть дальше?
— Я иду к ней, — пообещала Дурдхара. — Прямо сейчас, — и, обменявшись кивком с братом, покинула его комнату.
Мура оказалась не менее крепким орешком, чем Арья. Переодевшись в оранжевые одеяния саньясинов, Дурдхара явилась к ней и попросила научить медитации, а затем, улучив момент, попыталась вызвать на откровенный разговор, напомнив про нападение на императора Магадхи, на то, как помогла Муре сбежать, но бывшая махарани и бровью не повела.
— Не понимаю, о чём вы, — с благостной улыбкой отозвалась Мура. — Я всегда жила в Таксиле. Мне неизвестны люди с именами, которые называете вы, да и вас сегодня я впервые увидела. Простите, если огорчила вас, но вы ошиблись. Меня зовут Кишори.
Ничего не добившись, по окончании медитации Дурдхара уже собиралась покидать ашрам, как вдруг в воротах столкнулась лицом к лицу с упитанным молодым мужчиной в доспехе из плотной кожи.
— Мандзи**, Нандипада***, арочное дерево, — вполголоса пробормотала Дурдхара, разглядывая символы на доспехе гостя.
Парень так спешил, что даже сразу не понял, с кем именно столкнулся, а, поняв, густо покраснел.
— Простите, дэви, — неловко пробормотал он, сложил руки у груди и низко поклонился.
— Ты кто? — сурово спросила Дурдхара. — И куда так мчишься, что ничего не видишь перед собой? Я — царевна Магадхи и невеста царевича Амбхикумара. Тебе известно об этом, невежа?
— Простите, госпожа! Я не знал, но теперь буду знать, навсегда запомнив ваш светлый облик! Меня зовут Дурджан Сингх, я служу в армии царевича Амбхикумара.
— Что-то я не видела тебя раньше при дворе, — задумалась Дурдхара. — Чем ты там занимаешься?
На лице толстяка читалось благоговение. Правда, было трудно понять, искреннее оно или наигранное.
— Ваш покорный слуга занимается тем, что закупает фураж, следит за здоровьем коней, занимается починкой сёдел и сбруи. Я живу в конюшне вместе с остальными слугами и показываюсь при дворе только по приказу Амбхикумара. В бою участвую лишь во время больших войн. К примеру, в прошедшем сражении под Таксилой мне поручено было командовать пятью отрядами.
— А сюда приходишь медитировать? — с налётом презрения полюбопытствовала Дурдхара.
— Нет. Одна из учительниц ашрама — моя матушка! — расплылся улыбкой Дурджан Сингх.
Дурдхара вздрогнула и невольно обернулась на Муру, начавшую прибираться во дворе после утренних занятий.
— Она? — царевна указала коротким кивком на Кишори.
— Да, — кивнул Дурджан Сингх. — Только мы друг у друга и остались. Все остальные мои братья и сёстры умерли. Матушка — это вся моя семья, вот почему я забочусь о ней, приходя сюда так часто, как могу.
В растерянных чувствах Дурдхара вышла из ворот ашрама, села в ожидавшую её колесницу и вернулась во дворец. Дхана Нанд был в таком нетерпении, что выскочил во двор встречать сестру, не дождавшись, когда она поднимется в покои.
— Узнала что-нибудь?
— Та, кого я приняла за Муру, утверждает, будто её имя — Кишори. У неё есть сын Дурджан Сингх, служащий здесь, при дворе. Он обеспечивает поставки корма для лошадей. Дурджан Сингх сказал, что он — единственный сын Кишори, остальные якобы умерли. Всё это звучит убедительно, но Кишори так похожа на Муру! А ведь у Муры не было детей, кроме Чандрагупты. Брат, я не понимаю, что происходит…
— Как выглядел Дурджан Сингх? — быстро спросил Дхана Нанд.
— Толстый. Неповоротливый. Настоящий увалень. Такому и правда только за конями ухаживать или сладости готовить, если, конечно, умеет.