Анатолий Чубайс: великий инквизитор

Поначалу даже в ельцинской камарилье многие не понимали, из-за чего это происходит — ведь деньги бюджетникам Москва выделяет регулярно. Ельцин поручил новому главе Администрации разобраться.

12 февраля 1996 г. Н.Д. Егоров представил в Кремль за собственной подписью аналитическую записку (технически ее готовили В. Печенев и его группа аналитиков), озаглавленную «О ключевом вопросе дальнейшего осуществления реформ» (полный текст записки впервые опубл.: Печенев В. Указ. соч., с. 137–139; см. также Приложения).

И оказалось, что Чубайс за спиной Ельцина с помощью БАБа и дочки Тани провернул еще одну грандиозную аферу, даже более мощную для обогащения «олигархов», чем пресловутые «залоговые аукционы» — построил не частную (АО МММ, «Чара», «Гермес» и т. п.), а государственную финансовую пирамиду (так называемые уполномоченные акционерные банки), через которые начал «прокручивать» бюджетные «казенные» деньги по всей стране. А особенность такого «прокручивания» состояла в том, что чем дольше по времени «крутить» (т. е. задерживать выплату зарплат, пенсий, денежного довольствия военным и т. д.), тем больше прибыль «уполномоченного банка». Цифры «прокручиваемых» в так называемых коммерческих банках денег, приводимые в записке Егорова, ужасали (см. Приложения). Вывод Егорова был недвусмыслен: «Одной из основных причин задержки зарплат и пенсий является прокручивание направленных на это государством средств через коммерческие банки».

Более того, с помощью Печенева Егоров раскопал исходные документы всей этой грандиозной финансовой аферы: позитивную резолюцию А.Б. Чубайса на докладной тогдашнего министра финансов В.А. Панскова о создании системы «уполномоченных коммерческих банков» (особенно хлопотал министр за Ходорковский «МЕНАТЕП»), причастности к этой афере главы Государственного казначейства РФ А. В. Смирнова и председателя Центробанка С. К. Дубинина.

Человек осторожный и уже тертый в коридорах «ельцинизма» (в 1994 г. — ельцинский министр национальной и региональной политики), Егоров никаких оргвыводов делать не предлагал (особенно в отношении «регента» Чубайса), но все же как государственник отмечал: такая «пирамида» в самой верхушке Кремля — свидетельство не только бессилия власти, но и ее продажности. А посему всю систему президентского контроля, сложившуюся после 4 октября 1993 г., надо менять[43].

И хотя на записке Егорова «царь» наложил грозные резолюции (премьеру В. С. Черномырдину — «примите срочные меры по наведению порядка; строго накажите виновных лиц»; Ю.И. Скуратову — «проверить по линии Генпрокуратуры России…»; С.К. Дубинину, председателю Центробанка — «принять меры дисциплинарной ответственности к лицам, не обеспечившим контроль за прохождением бюджетных средств» и т. д.), фактически все произошло с точностью до наоборот: после выборов Ельцина на второй срок Егорова из глав администрации выгнали, снова отправив губернаторствовать в Краснодарский край (где он вскоре и умер в возрасте всего 46 лет), а на его место 15 июля 1996 г. «царь» назначил… Чубайса (а как же, глава его избирательного штаба!) А тот сделал «козлом отпущения» Панскова (его упрятали в тюрьму) и продолжал «крутить пирамиду» еще больше: теперь к «уполномоченным банкам» были «прекреплены» не только, скажем, университеты Попова и Афанасьева, но и сама Администрация, и все прочие высшие госучреждения — Госдума, Счетная палата, министерства и т. д. Число «уполномоченных» расширилось — Агробанк (бывший «Столичный») Смоленского, Автобанк, Альфа-банк Пети Авена, дружка «рыжего» и другие.