Анатолий Чубайс: великий инквизитор

Но это было только начало.

В ноябре того же года вокруг Чубайса и К0 разгорелся в СМИ и в Думе очередной коррупционный скандал — так называемый «писательский». На телевидении Сергей Доренко поведал, а в «МК» Александр Минкин напечатал чудовищные суммы гонораров «писателей» за еще не написанную книгу «История российской приватизации»:

— А. Чубайс —311 млн. 580 тыс. «старых» руб. в «МОСТ-банке» (договор 480/10-»Д»);

— М. Бойко— 311 млн. 796 тыс. в «Альфа-банке» (договор 481/10-»Д»);

— Жена А. Коха — 311 млн. 769 тыс. в швейцарском «Credit Suisse» (договор 10б]/10-»Д»);

— П. Мостовой — 316 млн. 872 тыс. в банке «МЕНАТЕП» (договор 106]/]0-»Д»);

— А. Казаков, зам. главы администрации Ельцина — 311 млн. 904 тыс. в ЗАО «Сегодня-пресс» (договор 497/10-«Д») (данные опубл. в «Новых известиях» 14 ноября 1997 г.). Ясно, что «слив» этого компромата произошел не случайно: за всей этой акцией уже маячила фигура нового «олигарха» Бориса Березовского, стремившегося оттеснить «рыжего» от «семьи» и занять его место.

Непосредственным поводом к скандалу с «писателями» стал очередной «липовый» залоговый аукцион, на этот раз с крупнейшим телекоммуникационным оператором ЗАО «Связьинвест». На контрольный пакет акций этого второго по значению после «Норильского никеля» ЗАО нацелились новые медиа-магнаты — Березовский (ОРТ) и Гусинский (НТВ). Но выиграл, как всегда, ОНЭКСИМ-банк Потанина (после такой «победы» ФПГ Потанина прозвали ОНЭКСИМ-«танк»). И ясно, с поддержки кого, ибо почему-то на счета «писателей» сразу после этого аукциона было перечислено 450 тыс. дол.

Эти скандалы в Думе и в прессе, надо сказать, мало волновали Чубайса — собаки лают, а караван идет [в Кремль]. Об этом «походе на Кремль» свидетельствовали и фотографии в прессе: «Ельцин и Чубайс в Кремле» (НГ). 1997. 13 сентября), «Чубайс и Ельцин в Горках» (Коммерсант. 1998. 1 августа — помните известную фотографию «Сталин и Ленин в Горках»?) с явным намеком — кого «дорогие россияне» увидят очередным президентом России.

Подобные пиар-акции оказывали свое воздействие даже на опытных аналитиков (см. Приложения, из статьи главного редактора «НГ» Виталия Третьякова 18 сентября 1997 г.)

Гораздо хуже было другое: против «рыжего» начали выступать члены ельцинской команды.

Чувствуя, что скоро придется держать ответ перед «царем» за явный провал залоговых аукционов, Чубайс на ВЧК (Временной чрезвычайной комиссии) в декабре 1997 г. решил провернуть последнюю авантюру в пользу своих друзей: предложил принять внесудебное решение — за неуплату налогов наложить арест и продать с торгов все имущество огромных Омского нефтеперерабатывающего завода и Ангарской нефтехимической акционерной компании (продать, разумеется, «Альфа-группе», т. е. снова своему «кружковцу» Пете Авену).

Но тут уж встал на дыбы член «ельцинской команды», в тот момент заместитель главы Администрации Президента Александр Лившиц. На заседании ВЧК возникла резкая перепалка — Чубайс никаких возражений, как и Ленин, не терпел. Вспыхнул крупный скандал, на этот раз среди «своих». В конце концов вмешался Черномырдин, затем Ельцин, на этот раз зарвавшегося Чубайса кремлевской «семье» (Таня + Валя) спасти не удалось.