Амплерикс. Книга 1. Серый камень (СИ)

— Почему же, — возразил Бьяно, поднимаясь из ванны, — мы все получили.

— Надо полагать, что ваш срамной вид сейчас призван выразить мне ваше неуважение?

— У меня нет нужды никого уважать, — ухмыльнулся Бьяно. — Если вы кормите Эксиль, я вам, конечно, благодарен, но вот уважать женщину, которая по счастливой случайности взошла на престол только лишь потому, что ее кровь нравится Эксилю… Увольте.

— Оставьте свои пустые рассуждения при себе, и давайте ближе к делу. На Амплериксе объявлена мобилизация, и вам, как я сейчас поняла, это прекрасно известно. Не желаете ли объясниться, почему вы не прислали к нам на мобилизацию ни одного жителя Забытых Лесов?

— Не желаю, спасибо, — в глазах Бьяно проскользнула дьяволинка.

— Я правильно понимаю, что вы приняли решение ослушаться моего приказа?

— Дорогая, — язвительно сказал Бьяно, — мы направляем короне ошеломительное количество налогов. Давайте уже, — он небрежно помахал ей пальцами, — наймите кого-нибудь на наши деньги, и пусть они рубятся с этими вашими Хищниками.

— Хищники для вас опасны ровно так же, как и для остального Амплерикса.

— Вы находите? Позволю себе с вами не согласиться — у нас не было ни одного Хищника.

— Если вы не отзоветесь на призыв короны, ваше личное знакомство с Хищниками станет лишь делом времени.

— Не думаю, дорогая. И я не собираюсь отправлять своих людей на смерть. Они этого не поймут.

— Вы заблуждаетесь. Это не ваши люди. Это мои люди.

— Да неужели? Но не вы платите за них неподъемные налоги, а я.

— А вы неплохо устроились, — улыбнулась Королева. — Ваши распутные женщины целыми днями не вылезают из постелей с ангалийками, да и сами вы нежитесь в студеных ваннах вместо того, чтобы проявить соучастие. Красота, не правда ли?

— Красота, — поклонился ей Бьяно в знак согласия.

— А как вы считаете, раз уж жизнь в Забытых Лесах бьет ключом, то, быть может, нам имеет смысл рассмотреть вопрос освобождения Лесов от власти короны?

— Не думаю, что нам нужно рассматривать этот вопрос, дорогая.

— Отчего же?

— Оттого, — презрительно бросил ей Бьяно, — что корона уже давно не имеет над нами никакой власти. И свой никчемный приказ о мобилизации вы можете оставить при себе. Какие-то еще приказы последуют?

— Хм, — наигранно призадумалась Лавия, — у меня была мысль приказать вам вновь начать разводить диетр в Забытых Лесах, но что-то мне подсказывает, что и этот приказ вы предпочтете оставить при мне. — Королева развернулась и направилась прочь.

— Чутье вас не подводит, Ваше Величество. И можете не тратить свое августейшее время на повторный визит, — крикнул ей вслед Бьяно. — Без сомнения, мне льстит, что сама Королева удостоила меня чести явиться ко мне, но, право, не испытываю жгучего желания увидеть вас еще раз.

— Не увидите, — не оборачиваясь, сказала Лавия.

На следующий день Бьяно устраивал роскошное торжество в честь дня своего пятидесятилетия. По его приказу казна Забытых Лесов потратила более двадцати пяти тысяч монет, закупив фрукты со всего Амплерикса и до безобразия дорогое вино из Ангура. Бьяно распорядился, чтобы на столах не было ни одного блюда из семян. Веселье шло полным ходом — на празднование юбилея одного из самых богатых жителей Амплерикса съехалась знать со всей планеты, вино текло водопадом, столы полны яств. К радости Кехадиса, в этот вечер огненных шаров в небе было мало и Забытые Леса окутывал приятный сумрак, освещаемый лишь вспышками находящегося по ту сторону Бездны Огненного моря.

В этой магической темноте Бьяно по-хозяйски неспешно прохаживался вдоль столов, время от времени наклоняясь к темному силуэту того или иного почетного гостя и справляясь о том, в полной ли мере тот удовлетворен празднеством. Нагнувшись над очередным силуэтом, Бьяно с удивлением обнаружил, что тот сидит без бокала вина и аккуратно разделывает на тарелке сморщенную сухую лепешку из семян.

«Какая дикость! — воскликнул Бьяно. — Я же приказал — никаких семян! Простите великодушно. Какой идиот подал вам эту гадость? Безобразие. Один момент, сейчас все исправим. Ройс! Ройс! А ну, поди сюда, старый ты придурок!»

Но гость никак не отреагировал на извинения Бьяно, методично отрезал кусочек лепешки, отправил его в рот и пригубил воды из узорного бокала. Бьяно отодвинул соседний стул, сел рядом с силуэтом и, стараясь рассмотреть его в темноте, взглянул ему в лицо. Его пробрал внезапный сильный страх, когда он не увидел лица — голова гостя была сплошь скрыта объемным черным капюшоном. Поставив бокал с водой на стол, гость повернулся к Кехадису, но вместо лица из-под капюшона на Бьяно глядела бесконечно черная пустота. Бьяно инстинктивно схватился за края стула: «Вы… Вы… Простите, кто вы? Я вас, кажется, не знаю…»

Фигура, облаченная в черную мантию, поднялась из-за стола и встала в полный рост, отчего Бьяно снова почувствовал страх внутри. Не говоря ни слова, фигура сделала несколько шагов по направлению к Бездне, затем остановилась, развернулась и вскинула обе руки к небу. В этот миг Забытые Леса озарились ярко-оранжевым заревом — лежащее по ту сторону Бездны Огненное море взорвалось многометровыми огненными столбами, и присутствующие не успели и опомниться, как столбы устремились по направлению к ним, в одно мгновение объяв всю территорию сплошной огненной волной. В следующую секунду фигура Верховного судьи воспарила над местом, где еще недавно пировали гости, выставила перед собой руки, и произошло нечто страшное. Из рук фигуры на Забытые Леса мощными струями потекло пламя, испепеляя дома, леса, мандариновые плантации — все, что попадалось под смертоносный огонь, обращалось в пепелище. В огне тонула земля, растворялся камень. Даже воздух, казалось, горел и кричал от боли.