Первая гражданская война в Риме
- Автор: Короленков Антон Викторович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Евразия
- ISBN: 978-5-8071-0475-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Первая гражданская война в Риме». Краткое содержание книги:
Первая гражданская война в Риме. — СПб.: Евразия, 2020. — 464 с.
Началом эпохи гражданских войн в Риме стало выступление Гракхов в 133 г. до н. э., но собственно войны начались в 88 г. до н. э., когда Сулла повел свои легионы на Рим и взял его штурмом. Сначала никто не осознал масштабов случившегося, однако уже через год противники установленных Суллой порядков сами пошли на Рим и овладели им. В 83 г. до н. э. Сулла возвратился с Востока, прервав войну с Митридатом VI Понтийским, чтобы расправиться со своими врагами в Италии. Почти два года тяжелых боев закончились битвой у Коллинских ворот 1 ноября 82 г. до н. э., страшным эпилогом которой явилось избиение Суллой нескольких тысяч пленных, а сам он стал диктатором. Еще несколько месяцев продолжались бои в разных уголках Италии, в Африке, в Испании...
Но не только битвы наполняли эти годы. Медленно, но неуклонно решался вопрос о правах италийцев, менялось административное деление Италии приводилась в порядок финансовая система Рима. Это было рубежное время, на которое пришлись последние годы Суллы, Мария, Антония Оратора, а Цезарь, Помпей, Красс, Цицерон делали первые наги в политике. Впереди были новые гражданские войны и гибель республики.
Рецензенты: Ю. Б. Циркин, доктор исторических наук.
В. К. Хрусталёв, кандидат исторических наук
МЕРОПРИЯТИЯ СУЛЛЫ В РИМЕ
Однако взятие Рима было лишь частью задачи — консулам требовалось узаконить свои действия. Не вполне ясно, кого первыми собрали они на следующий день, сенат или народ. В пользу сената как будто бы говорит сообщение Плутарха (Sulla 10.1), в пользу народа - Аппиана (ВС. I. 59. 265). Однако Плутарх не уточняет, когда все это произошло, ограничившись ни к чему не обзывающим Σύλλας δέ τήν βουλήν συναγαγών, тогда как Аппиан пишет точнее, άμα δ’ ήμερα τόν δήμον ές έκκλησίαν συναγαγόντες, т. е., надо полагать, на следующее утро, что вполне логично[288]. Скорее всего, речь шла о сходке[289], которую было проще устроить технически. Обращение к народу раньше, чем к сенату, выглядело бы как неуважение к последнему, contio же являлась мероприятием куда менее обязывающим и к тому же давала возможность Сулле прозондировать настроения простых римлян, что было полезно перед заседанием сената. Консулы указали на вредное для государства, по их мнению, своеволие демагогов как на причину своих действий, а также предложили не вносить никаких законопроектов, если они не обсуждены в сенате (είσηγοΰντό τε μηδέν έτι άπροβούλευτον ές τόν δήμον έσφέρεσθαι). Кроме того, любой законопроект, прежде чем быть поставленным на голосование, обсуждался на contio, каковой, думается, это собрание и было, а предложение консулов носило, таким образом, предварительный характер. Демонстративно нарушать обычай в той ситуации было не в интересах Суллы и Помпея. О реакции сходки неизвестно, но даже простое молчание присутствовавших, очевидно, вполне их устраивало.
Куда более непростым оказалось заседание сената. С одной стороны, Марий и Сульпиций пренебрегли решением этого органа о назначении Суллы командующим в войне против Митридата, тем самым нарушив его традиционные (пусть и не закрепленные юридически) прерогативы; да и нового возвышения Мария сенаторы наверняка не хотели. С другой стороны, однако, консулы выказали полное презрение к сенату, убив или подвергнув оскорблениям одних его посланцев и обманув других, когда продолжили наступление вопреки обещанию, данному последнему сенатскому посольству. К тому же (и это главное), армия пересекла померий без санкции сената (не говоря уже о комициях) и устроила кровопролитие на улицах Города[290]. «Если консулы хотели провести полицейскую операцию, то ее без восторга восприняли те, кто, как можно было бы ожидать, более всех желали, чтобы водворился порядок»[291].
Но дело было не только в этом — Сулла предложил объявить hostes Мария, Сульпиция и 10 их сторонников[292]: Гая Мария-сына[293], Публия Цетега, Юния Брута, Гнея и Квинта Граниев[294], Публия Альбинована, Марка Летория, Квинта Рубрия и, возможно, брата полководца Марка Мария и его приемного сына Марка Мария Гратидиана[295]. «Всем им поставили в вину то, что они возбудили волнения, вели войну против консулов, объявили рабам свободу, чтобы побудить их к отложению» (Арр. ВС. I. 60. 271)[296]. Подобное решение было несомненной новацией[297], хотя и весьма сомнительного свойства. Но иначе Сулла не мог расправиться со своими недругами без суда — ведь издать senatus consultum ultimum после разгрома Мария, Сульпиция и их сторонников было затруднительно[298]. Один из старейших сенаторов, Сцевола Авгур, на чьей внучке был женат сын Мария, выступил против предложения Суллы, напомнив собравшимся о выдающихся заслугах арпината перед Римом, но изменить ситуацию не смог. Катул, напротив, активно поддержал консула (Арр. ВС. I. 74. 341)[299]; в конечном счете, сенат одобрил инициативу Суллы. Марий, Сульпиций и 10 их соратников не приговаривались к смерти, но всякий мог безнаказанно убить их и получить за это награду[300], а имущество опальных подлежало конфискации[301]. Вскоре комиции придали этому решению форму закона[302].
288
Тем не менее нередко считается, что первым Сулла обратился все-таки к сенату (Neumann 1881, 517; Carney 1961b, 101; Katz 1975, 100; Hinard 1985b, 70; Letzner 2000, 142; иначе см.: Liddell 1865, 493; Lonk 1866, 225; Ihne 1879, 288-289). Б. P. Кац и Ф. Инар даже считают, что сенат мог собраться уже в день штурма.
289
См.: Lange 1871, 122; Keaveney 1983b, 70; Pina Polo 1989, 284.
290
Meier 1966, 224; Dahlheim 1993, 102. В связи с этим трудно всерьез воспринимать оценку действий Суллы как «консервативной реакции на радикальные меры» Мария и Сульпиция (Desrosiers 1970, 3), поскольку действия Суллы были не менее (правильнее сказать, значительно более) радикальными и столь же мало вписывавшимися в политическую традицию.
291
Hodgson 2017b, 85. Но тут же Л. Ходжсон пишет, что нелегко решить, чьи действия обладали большей политической легитимностью — той части populus, которая голосовала внутри Города за законы Сульпиция, или другой, т. е. армии Суллы, которая двинулась на Рим. Неясно, однако, какой политической традицией мог быть обоснован штурм Города собственными войсками, да еще без санкции сената. Во всяком случае, это было куда менее легитимно и с политической, и с юридической точки зрения, чем назначение командующим homo privatus Мария, на что комиции имели полное право.
292
К. Ланцани ошибочно пишет о Марии и его 12 сторонниках (Lanzani 1915, 4), а А. В. Махлаюк (2014, 320, прим. 205) — о приказе Суллы (!) казнить «около 10 тыс. сторонников Мария» (!).
293
Так, правда, называет его только Аппиан; в других источниках он — племянник Мария, сыном же его, как можно предположить, он стал по усыновлению (см. Münzer 1930, 1811). Однако если это, как обычно считается, тот же человек, что и консул 82 г., то маловероятно, что в 26 лет консулом мог стать племянник, а не сын победителя кимвров. См. Pozzi 1913/1914, 664, п. 1; Lovano 2002, 122; Letzner 2000, 235; Keaveney 2005a, 115 etc. Тем не менее А. Калоре безо всяких оговорок называет Мария Младшего приемным сыном арпината, к тому же ссылаясь на Ф. Мюнцера, который излагает эту точку зрения, но не склонен ее принять (Calore 1995, 31).
294
Под Гнеем у Аппиана, возможно, подразумевается Гней Папирий Карбон, т. к. этот автор знает только одного Грания, т. е. Квинта (Münzer 1949, 1024-1025).
295
App. ВС. I. 60. 271; Cic. Brut. 168; Carney 1961b, 101. T. Броутон (MRR II, 47, 52, n.-2) считает, что Гратидиана в списке не было. А. Аллели предполагает, что в список могли попасть Марк Марий Гратидиан, Гай Марций Цензорин, Гней Папирий Карбон и претор Сервилий (Allély 2012, 239-240).
296
См. также: Cic. Brut. 168; Liv. Per. 77; Val. Max. I. 5. 5, III. 8. 5; Flor. III. 21.8.
297
Во всяком случае, подобная мера в источниках упоминается впервые (Bauman 1973, 270 + п. 1 с указанием литературы). Следует отметить, что обычно законы о преследовании тех или иных групп лиц инициировали плебейские трибуны, и этот — одно из немногих исключений (см. Bleicken 1975, 115, Anm. 32).
298
Bauman 1973, 277. Нередко со ссылкой на Плутарха (Sulla 8), предполагается, будто в отношении Сульпиция и его сторонников был издан senatus consultum ultimum (Willems 1883,250, п. 5; Cassola, Labruna 1991, 427; De Luca 2011-2012, 131, n. 461; Arena 2012, 204); Г. Плауман оговаривает, что предположение П. Виллемса о SCU до марша Суллы на Рим вероятно, но недоказуемо: Plaumann 1913, 364), однако в источнике речь идет лишь о введении консулами неприсутственных дней, после же их разгрома издавать SCU было уже нелогично, это всегда делалось только до подавления мятежа или того, что таковым объявлялось. Тем более невероятна гипотеза П. Виллемса (1883, 250, п. 5) о том, что SCU был издан еще до объявления неприсутственных дней, а затем после марша Суллы на Рим (см. Barbagallo 1900, 27, n. 5, 59). В первом случае он начинает свои доказательства с того, что Плутарх подразумевает введение iustitium, предполагавший tumultus etc. Однако, во-первых, это не очевидно, а во-вторых, как уже отмечалось, вероятнее, что речь шла не о iustitium, а о feriae. Г. Блок пишет, что Сулла мог для оправдания своих действий воспользовавшись SCU, «но кто тогда думал о законности?» (Bloch 1913, 278). Однако законность SCU, строго говоря, также весьма спорна.
299
А. М. Стоун, таким образом, ошибается, утверждая, будто даже враги Мария не поддержали предложение объявить его врагом (Stone 2002, 212, п. 98), хотя у Аппиана (loc. cit.) говорится о том, что Катул выступил за изгнание (т. е. объявление его hostis) именно арпината (πικροτάτω περί την έξέλασιν [Μάριου] γενομένω).
300
У Плутарха говорится о награде только за голову Мария (Sulla 10.2: Μαρίφ δ’ έπεκήρυξεν αργύρων). Весьма вероятно, однако, что ее назначили и за остальных. Помимо соображений здравого смысла, за это говорят слова Валерия Максима (VI. 5. 7) о том, что Сулла отпустил на волю раба, выдавшего Сульпиция, дабы не нарушить собственный эдикт (ut fides edicti sui constaret) — обычного в таких случаях обещания свободы рабу и денежной награды свободному.
301
Plut. Sulla 10.1; App. ВС. I. 60. 271; Diod. XXXVII. 29. 3; Val. Max. I. 5. 5; III. 8. 5.
302
Veil. Pat. II. 19. 1: Sulla... lege lata exules fecit; Ihne 1879, 289, Anm. 1; Katz 1975, 102-103 + n. 8; Cagniart 1986, 324; Williamson 2005, 464; Gaughan 2010, 127; Allély 2012, 23-25, 27. Тем не менее многие ученые считают, что решение принимал только сенат, а сообщение Веллея без должных оснований объявляется сомнительным (лит. см.: Katz 1975, 102, п. 6).