Начало Руси. 750–1200

Если принять во внимание приведенные указания и более общие соображения, то чаша весов значительно склонится в пользу Городища-Холмгартра как отправной точки посольства народа rhos, снаряженного в 838–839 гг., и его конечного пункта. Однако нет оснований думать, что это положение оставалось неизменным или что перемены, когда они имели место, обязательно происходили постепенно. Также не следует полагать, что chaganus русов осуществлял жесткий контроль над всеми скандинавами, которые обосновались в лесной зоне или перемещались по ней. В действительности, степень власти chaganus и ее масштабы нам не известны. Было или нет Городище его опорным пунктом в продолжение всего IX в., ясно, что он мог регулировать торговлю и извлекать из нее прибыль только в ограниченных пределах. Ему не дано было играть роль «всемогущего» властелина. Характер его власти должен был в меньшей степени отражать те представления о королевском достоинстве, которые существовали в Швеции, чем своеобразие и непостоянство деятельности скандинавов в восточных землях. Ибо, хотя мы дали обзор некоторых из наиболее посещаемых для торговли мест, следует подчеркнуть, что ни одно из них не обладало монополией: ни один маршрут не был единственным и исключающим все остальные, не обладало особыми прерогативами и поселение, находящееся в наиболее выгодной позиции, каким было Городище. Действительно, хотя находки лодочных заклепок, равно как орудий для изготовления этих заклепок и для починки судов часто встречаются в Старой Ладоге и в Городище, перевозка по воде не была единственным средством для транспортировки товаров и рабов. Зима, по-видимому, была наиболее удобным временем года для торговцев мехами, отправлявшихся в путешествие на далекий север, а клады, рассеянные вдоль южного берега Оки, указывают на то, что это было место обмена между торговцами с северо-запада и юго-востока. Поэтому, несмотря на то, что весной лодки и плоты, возможно, были самым удобным видом транспорта для перевозки товаров, существовали и иные возможности. Костяные лыжи, сани и степные пони, как и выдолбленные из бревна челноки, уже использовались на востоке, прежде чем скандинавы проникли в земли за Старой Ладогой. Следовательно, сухопутные маршруты были одним из возможных вариантов передвижения, и сообщение арабского автора о путешествиях еврейских купцов-раданитов говорит о том, что в середине IX в., а возможно и ранее, они двигались на восток по суше — из христианской Европы до главного города хазар.[51] Поскольку скандинавов влекли на восточные земли алчность и жажда материальных благ, можно думать, что они ожесточенно конкурировали друг с другом из-за источников лучшего по качеству сырья и из-за покупателей, которые могли предложить им самые высокие цены. У них был постоянный стимул осваивать новые и новые пути, искать более выгодные рынки. Если учесть многочисленность речных долин, пересекающих лесную зону в разных направлениях и дающих возможность передвигаться зимой по льду, а летом спускаться вниз по течению, ясно будет, что возможности chaganus контролировать эти передвижения были весьма ограниченными. Резиденция в Городище не могла обеспечить общий контроль над движением караванов на всем пространстве от Западной Двины до Верхней Волги или над перемещениями в юго-восточном направлении от Ладожского озера.