Эпоха «дворских бурь». Очерки политической истории послепетровской России (1725–1762 гг.)

Ведомости Кабинета за 1763 г. (за январь-апрель и декабрь) и 1765 г. показывают, что выплаты «секретных» сумм продолжались и позднее: в марте-апреле 1763 г. Алексей и Григорий Орловы получили в общей сложности 13 тысяч рублей для раздачи «известным лицам»; прочие «секретные» выплаты составили 12 тысяч рублей.[1846] Деньги шли и через других Орловых и К. Г. Разумовского; иногда в расходных документах прямо указывалось, что суммы предназначены для раздачи гвардейцам.[1847]

Согласно черновой ведомости о денежных раздачах, в 1763 г. только «секретные» выдачи из личных сумм императрицы составили 427 042 рубля, а в 1764 — 433 577 рублей.[1848] В декабре 1763 г. на обмундирование телохранителей-кавалергардов ушло 30 тысяч рублей. В 1765 г. ближайшее окружение Екатерины (Орловы, Панин, Теплов, Шаховской, Чернышёв, Талызин) единовременно получили из «комнатных» сумм 246 900 рублей.[1849] Беловые ведомости за 1764 и 1766 гг. отсутствуют; но по документам 1767 г. «секретные» расходы составили 136 275 рублей, в 1768 г. обошлись в 120 тысяч рублей.[1850]

В названных выше материалах указывались только относительно крупные суммы; отдельно фиксировались многочисленные мелкие выдачи в 1–3 рубля солдатам, жёнам и вдовам военных и чиновников, лакеям и другим «бедным людям» придворного и столичного мира.[1851]

В октябре 1763 г. бывший канцлер А. П. Бестужев-Рюмин доверительно сообщил австрийскому послу, что Екатерина через своих секретных агентов «велит вывозить из империи весьма значительные и простирающиеся до нескольких миллионов денежные суммы», которые переводились на особые счета в Амстердаме и Гамбурге, о чём собеседник Бестужева уже знал.[1852] В ведомостях Кабинета мы обнаружили следы проведения такой финансовой операции, хотя общая сумма платежей остается пока неизвестной.[1853] Но они свидетельствуют, что императрица в 1762–1763 гг. чувствовала себя на троне неуверенно.

Бумаги Кабинета позволяют сделать вывод, что «стоимость» российских переворотов неуклонно возрастала ив 1762 г. составила уже существенную часть (порядка 10 %) бюджета, тогда как переворот, приведший к воцарению Екатерины I, обошёлся в 30 тысяч рублей.[1854] Кроме того, начиная, вероятно, с царствования Анны Иоанновны доходы правящей верхушки всё больше состояли не из «официального» жалованья, а из разного рода «пенсионов» и наград. К 1762 г. эта тенденция достигла максимума.

При этом награды распределялись дифференцированно. За год офицер-артиллерист Г. Г. Орлов стал камергером, графом, генерал-лейтенантом и генерал-адъютантом, кавалером орденов Андрея Первозванного и Александра Невского, поселился в императорском дворце и получил во владение дворцы Гатчины и Ропши. В 1768–1772 гг. он ежегодно получал от Екатерины «подарки» по 100 тысяч рублей на именины или день рождения.[1855] А. Г. Орлов стал в том же 1762 г. секунд-майором (а в 1765 — премьер-майором) гвардии с чином армейского генерал-майора и, помимо наград в 1762 г., с 1766 г. по 1796 г. получал особый «пенсион» в 25 тысяч рублей.[1856] Кроме того, братья Орловы стали к 1768 г. владельцами 9 571 души.[1857] В июле 1762 г. в следующий чин были произведены 36 преображенских офицеров.[1858]