Электронная книга - «Дауншифтинг (СИ)». Краткое содержание книги:
— Какая идея? Беран, ты несёшь бред! — И он залпом выдул и свой алкоголь.
— Идея убрать лишних людей от богатств Мехтиева? Не надо, не надо сейчас изображать из себя невинность и поруганную дружбу! — Я уселся на хлипкий стул и подал Лунгину пустой бокал. — Налей ещё! Наверное, всё завертелось, когда ты как руководитель службы охраны, да и вообще как наш милитаризованный ангел-охранитель, пронюхал, что Ильяс таскается за Гвен всерьёз. Во-первых, возникла опасность того, что Гвен забеременеет, она же хоть и фрик, но женщина! Во-вторых, у Гвен были интересные друзья, экстремальщики, и нужно просто сделать так, чтобы до возможного деторождения с Ильясом произошёл несчастный случай. Наверное, это можно устроить… Мне ты говорил, что борешься с его неожиданным пристрастием к опасным развлечениям, а ему… скорее всего, его ты поощрял. Я помню, что ты даже якобы увязался с ним на Урал в велотур. Может, всё не так? И это ты его подсадил на адреналин? Возможно, Гвен даже и не одобряла его увлечение экстримом, я ведь с ней не общался, всю информацию я получал от тебя! А потом крах! Несчастный случай ещё не созрел, а Гвен уже беременна! И вот тогда возник альтернативный проект — правда, спешный и более кровавый, чем предыдущий, да и откровенно криминальный! Надо расправиться с Гвен, пока та не разродилась! Как это сделать? Нужно найти исполнителя! Вы бы могли просто нанять киллера, но жадность и самоуверенность вас сгубила. Вы придумали убить двух зайцев: убрать Гвен и ещё одного дольщика — увязшего в работе Семёна Берана. Гвен убрать физически, а меня либо в психушку, либо на зону, а ещё лучше, чтобы я самоустранился. И наследство автоматически увеличивается, и для полиции железобетонный состав преступления вырисовывается. Первый шаг — думаю, что всё-таки подстроенный случай с парапланом Ильяса. И сразу облом: Ильяс остался жив. Но упрямых сообщников это не расстроило. Второй шаг — подготовить агнца на заклание, то есть барана. Ты через кофе заряжал меня приличной дозой какой-то химии усыпляющей, выносил меня из офиса, где на «хаммере» жертву увозили в нужное место. Всякий раз только вечером, когда нормальные работники уже смылись по домам! У тебя же — алиби, ты остаёшься в офисе и меняешь на всякий случай видеофайлы, смонтированные специально для меня. Ведь твой сообщник — айтишник, я узнава-а-л! Трижды меня в виде бревна вывозят по безобидным адресам, но потом медлить было нельзя: Гвен может всем рассказать о беременности, да и видно будет, в конце концов! И тогда красавец Молчан совершает ужасную ошибку! Он никогда не видел Гвен, но знает, что она поёт в «Мышеловке» и выглядит как фрик — в ушах кольца, на башке катастрофа. И он похищает девушку с синим ирокезом, с проколотым в сито ухом, которая вдобавок ещё и пела в клубе. Увозит… обязательно на «хаммере» в промзону и превращает её живот в фарш. Ну и я — бесплатное приложение, доставлен, уложен, вооружён, уликами посыпан. Представляю твои чувства, когда ты понял, что я не оставил улик, а Гвен жива-невредима! Зато какие чудеса упорства вы демонстрируете, какую изворотливость мысли! Решили добить меня смертью Ильяса, привезли в клинику либо под видом свежего больного, либо вместе с больным на одних носилках. Уверен, что помощь какого-нибудь местного медбрата или даже сестрички тебе стоили недорого… И опять незадача. Я, скорее всего, рано очнулся, ведь довести меня до места в этот раз было совсем непросто. Я очнулся и ушёл… Ну, не везёт вам! И совсем что-то не заладилось с Гвен! Вспоминая тот вечер, я понимаю, что тупо не выпил кофе. Помешали-с… Знаешь кто? Следователь Чистяков нас тогда одолел просто… Поэтому Гвен просто похитили, без моего звёздного участия! Вот я и спрашиваю! Она жива?
Сашка помотал головой, и непонятно: это значит, что мертва или что я конченый фантазёр? Налил ещё виски (уже просто, без имбиря, мёда и лимонного сока) и вылил в себя. Стоит, прислонившись к холодильнику, молчит, на меня не смотрит.
— Лунгин, чего тебе не хватало? Ты же не был подонком! Неужели всё из-за денег? Да ещё и Айну в это впутал! — Сашка вдруг уставился на меня и выгнул бровь. — Только не говори мне, что это она всё организовала! Она, конечно, не ангел, но и не убийца. Как ты её раскрутил на это?
— Никого я не раскручивал, — спокойно ответил бывший друг. — А по поводу «подонка»… Я всегда был другим, Семён. Это вы: золотой лихой мальчик и воспитанный интеллигентами умник, а я с детства гудрон вместо жвачки жрал, отца пьяного от хулиганья спасал, в форточки лазил, чтобы холодильник соседей обчистить. Какая могла быть между нами дружба? Да вы ещё оба старались: один своими денежными подачками унижал, другой всезнайством бил.
— Саш, но не убивать ведь за это? — Я даже встал, подошёл к нему, чтобы увидеть его серые глаза, чтобы понять, как это могло случиться.
— Я никого не убивал.
— Всё сделал парниша в стрингах? А как ты теперь поступишь? Тебе придётся убить меня самому, Лунгин. Глядя мне в глаза. Сможешь без вашего танцора-исполнителя? Медлить ведь нельзя! А его нет рядом!
— Ошибаешься.
И левая сторона затылка взорвалась чёрной болью. Всё вокруг стало чёрным, неразличимым, свистящим. Сознание вырубилось.
Звук как будто где-то далеко — может, даже за стеной.
— Нахрена ты это сделал? Гематома будет, вопросы будут…
— Да выбесил он меня своими догадками!
— Вот именно, это только догадки! Он не представил ни одного доказательства.
— Но он определённо назвал меня!
— Думаю, он видел тебя. В деревне, в лесу, в машине… Только не пойму, как он со мной связал? Откуда он знает о беременности этой припадочной? И о том, что остов у параплана был подпорчен… Как он всё это прочухал?
— Всё, да не всё! Он считает, что блаженная Айна в теме! — И сдавленное хихиканье.
— Естественно! Кто нас может заподозрить? — И мокрое чмокание, похоже на поцелуй. — Неси скотч! Надо его запеленать!
— Зачем? Придушим — и в ту яму!
Я уже понял, что очнулся и слышу голоса Лунгина и Демьяна. И если сначала решил не выдавать себя, а наступившая ранняя августовская темнота помогала мне, то последние слова окончательно вернули мне сознание. И я открыл глаза. Сообщники это сразу заметили и примолкли, Сашка, прищурившись, посмотрел на меня и сочувственно так сказал:
— Не нужно было тебе приходить сюда, это было глупо, тем более раз ты всё знал!
Была не была! Не ждать ведь, когда друг навалится на мою шею и удавит! Я дёрнулся что есть мочи, целясь в нос Лунгину, он был ближе. В нос не попал, вмазал в челюсть, не ожидавший такой прыти Сашка повалился назад, я вскинул ногу и пяткой попытался достать Молчана. Тот увернулся. Надо попробовать выскочить хотя бы на лестничную площадку, шуметь, стучать, орать! Я уже почти встал, почти ринулся к выходу, но удар по колену — я вновь на полу, ударяюсь лбом и ох-х-х… получаю ногой в бок! Инстинктивно группируюсь, закрываю многострадальную голову руками, и боль прожигает меня ударами в бедро, в спину, в живот, в пах… бля-а-адь! Похоже, именно это я и кричу!
— Дёма, прекрати! — кричит вместе со мной Лунгин. Он, видимо, оттаскивает от меня этого ублюдка. — Не так, не здесь и не сейчас!
— А чего ждать? — Молчан тяжело дышит.
— Его будут искать, выйдут на такси, а он приехал сюда… И он — не те шлюхи, его будут искать! Нужно всё продумать! Не пори горячку! Неси скотч!
Молчан наклонился к моему лицу и с ненавистью выпалил:
— Даже не думай, что тебя пронесло! Ты в этот раз совершил ошибку! Расстался со своим сладким мальчиком? Не сказал никому, что едешь сюда, на Чайковского! Твой ангелочек сейчас тусует по барам. Пьёт текилу — видимо, пребывает в обиде и неудовлетворённости…
— Дёма! — предупредительно окликнул его Лунгин.
Молчан отправился греметь ящиками на кухню.
— Ты связался с психом-убийцей! — просипел я Лунгину.
— Ты ничего не знаешь! — прошипел он в ответ. — Это Дёма со мной связался! Это я ему предложил этот план. Это я цинично использовал его мечту хоть как-то вырваться из той свалки, в которой он находился, из мира дешёвых мужчин, дорого выглядящих! Это я заметил его отчаяние и дикую усталость от липких ручонок вожделеющих баб! Это я предложил ему общий путь в обход вас, везунчиков и игроков… Это я! А Дёма, он просто…