Электронная книга - «Дауншифтинг (СИ)». Краткое содержание книги:
— …нет, — послышался резкий голос. — Не психуй! Пока нет оснований! Я не мог там оставаться. Это дорога! Машины! Люди уже вызвали гаишников!.. Машина загорелась… Да…. Нет, я думаю, что они ушли в лес… Не могли… Я сделал всё, что мог, не устраивать же стрельбище в деревне! Я же не Тарантино!.. Я ещё раз проедусь по трассе до деревни, но шансов мало… Успокойся! Лучше скажи, что любишь!.. И я… И я… На созвоне!
И голос утих. Тишина. Пришлось рискнуть — выглянуть. Красавец-убийца подходил к своей машине, он немного постоял, грустно обозревая окрестности. Через открытое окно вытащил из машины бутылку с водой, выпил. Обошёл «хаммер», хлопнул дверцей и, резко стартанув и развернувшись на сто восемьдесят, оставил за собой пыль и выхлоп. Он погнал по направлению к деревне.
— Вот всё и выяснилось… — тихо сказал Тася.
— Что всё? Кто этот человек?
— Ты что? — и Тася противно заржал. — Ну, так-то я понимаю, почему ты его не узнал! Он же был одет! Бицепс, сосок и попец — вот что бы ты узнал! У-ха-ха! Это же полюбовник сестрёнки Ильясовой! Демьян!
— Ч-ч-ёрт… Как же так? Неужели… Неужели Айна? — И я подумал, что меня сейчас вырвет, так как от шока аж затошнило. Тася с жалостью посмотрел на меня:
— Сэм, но ведь зато не из близкого окружения! Ты же сам говорил, с ней ты общался мало, этого стриптизёра вообще не знал!
— Тася, она сестра Ильяса! Родная! Дело же не в том, что она против меня что-то там имела… Хотя и это необъяснимо! Не укладывается в голове! Да и я не вижу никакого смысла! Никакой выгоды!
— Может, дело в нём?
— Может…
И Тася вдруг провёл тёплой рукой мне по щеке. Больше ничего не сказал. Пожалел.
Попутку нашли не сразу. Один мужик просто грубо отказал, зло покосившись на Таську, другой через три километра заворачивал в какую-то дыру, машина с семейной парой и громко кричащим ребёнком нас самих не заинтересовала. Приютил нас усатый мужичок «с ноготок» в грузовичке-«соболе», который порожняком шёл как раз до города. Усатый оказался не болтливым, что кстати. Всю дорогу переговаривался с другими водилами-матершинниками по рации и даже денег не взял. Правда, спросил напоследок:
— Там, в кювете-то, от Мальгино в десяти кэмэ, ваша машина дымилась?
Мы с Таськой синхронно и серьёзно кивнули. Мужичок мдакнул и, не попрощавшись, начал пробираться по утомительным пробкам уже без нас. А мы на метро. В больницу.
Туда, где заведовала коротаевская жена, я не повёз Таську, хотя он уже и распушил свои перья на предмет детективной деятельности. Ведь, во-первых, всё уже более-менее ясно, а во-вторых, рисковать парнем я не собираюсь. Вдруг соучастник преступников в этой больнице поможет и до него добраться. Нужно быть осторожными, как бы этот герой в зайчиковой толстовке ни возмущался. Не заезжая домой, мы напрямик направились в клинику «Евромед». Пусть платно, зато, как я слышал, качественно.
Нас принял необыкновенно приятный врач с грузинской внешностью и грузинским именем Бадри Цетурия. Он сразу же сообщил, что вынужден будет оповестить внутренние органы о пулевом ранении. И велел мне ждать. Долго. «Лучше погуляйте! Дело нешуточное и неторопливое». Тася выпучил глазищи, испугался, примолк, губы добела сжал. Я даже успокоительно погладил его по спине и не только…
Тасю увели. А я «сел на телефон». Перво-наперво Тамаре Ивановне: нужно сообщить, что добрались до врача, что здесь делают всё возможное. Баба Тома, встревоженная, сообщила мне, что в деревню приехали гаишники, искали Ваньку Субботина, а тот уже успел налакаться, поэтому непонятно пока, как воспринял безвременную кончину своей «лады». Бегает по деревне, растопырив ручищи, и орёт, что «покажет херову тучу неприятностей». Наверное, это он мне неприятности кликает. Я велел ему передать, что всё возмещу, что даже со страховкой помогу. Вкратце рассказал Тамаре Ивановне, как случилось, что машина сгорела, и как мы добрались до города. Женщина же продиктовала мне телефон того отделения ГАИ, из которого приезжали к ним. Позвонил и туда. Напоролся на какого-то шутника-остряка, который сказал, чтобы я уже «на Колыму покупал билет и штаны с начёсом приобретал». Следующий, с кем я поговорил, был Петя Шаповалов. Как он отнёсся к порче огнём его родительского очага, я не понял, никаких особых эмоций он не высказал. Спросил, где я, кто такой Таська, что я собираюсь делать, когда появлюсь на работе. Предложил свою помощь. Но про Айну с её раскрасавцем я говорить не стал. Показалось, что это слишком личное. Позвонил и Сашке. У того, наоборот, эмоции прут наружу: «Как стреляли? Ты охренел? Как подожгли? Ты почему мне не звонил? Ты не ранен? Беран, а я тебе на что? Что-о-о? Хахаль Айны? Не может быть! Вот пиздоклюй! Короче, нужно не по телефону! Ты где? Я сейчас приеду!» Еле его отговорил. Это ж ему всё рассказывать надо было. А я уже вымотался. Пообещал ему, что «всё завтра, завтра!»
Набрался решимости, набросал тезисы, чтобы чётко выразиться, и звякнул следователю Чистякову. Тот, как всегда, был недоволен. Но я не стал ему живописать все подробности (да и тем более не всё пока знал). Но сообщил Чистякову, что у меня есть важные сведения о смерти Ильяса и ещё одной смерти. Когда мне прийти и рассказать обо всём?
— Ну-у-у-у… — это «у» как звук летящей бомбы, долгий и безжалостный. И мне показалось, что бомба летит слишком издалека и падать не желает. Следователь в конце концов согласился встретиться завтра, сомневаясь в моей адекватности. Но мне этого было достаточно, и я оборвал разговор.
Вышел на улицу, поел в кафешке, купил газету, послонялся по парку, зашёл в магазин электроники, долго выбирал, купил ноут HP — пока и такой сойдёт! Позвонил Надьке, узнал немногочисленные новости, но ничего важного. Зашёл в парикмахерскую, чуть не уснул, пока над моей головой колдовали. И только часа через четыре вернулся обратно в клинику. Оказалось, что операцию сделали, уколов наставили, в кокон руку поместили, но пациент пока отдыхает. Тупо спит. Мне пришлось написать бумагу с обращением в скорую, заплатить за оперативную скорую помощь, выслушать миллион ценных указаний, подписать ещё какие-то бумаги, звонить Тамаре Ивановне, чтобы та нашла Таськин паспорт. В общем, увлекательно провёл ещё добрых полтора часа. Таську здесь не оставят, поэтому я вызвал такси и с полуживой феей-спасительницей поехал, наконец, домой!
Человек-полугипс, тяжко вздыхая, обошёл мои владения, остановился у картины с серыми и белыми пятнами, с приклеенными и закрашенными тканевыми фигурками. Поцокал и вынес вердикт:
— Я думал, будет хуже… Ничего так, жить можно. Только вот что: это зеркало нужно перевесить, а люстра как бельмо — однозначно выхерить! Кровать, я вижу, у тебя вместительная, нас обоих вместит. И не нужно меня так уговаривать, я и так соглашусь! Сейчас я буду спать, и тебе придётся! Помоги мне раздеться!
Наглость этого парня, конечно, зашкаливает! О возможности увезти его на квартиру к родителям даже и речи не было. Он даже им не позвонил, только бабушке. Видимо, жизнь родителей и его прожигание жизни проходят параллельно. Я вручил Таське ноут. Одаряемый жеманно улыбнулся и поманил меня пальчиком. Я не тронулся с места. Тася надул губы и стал неумело одной рукой снимать толстовку, что болтала бессмысленно пустым рукавом. У него получалось плохо. Пришлось помогать: толстовка, носки, джинсы. Ну у него и трусы! Типа хипсов, голубенькие, с круглыми мультяшными рожицами из Angry birds, по бокам воланчики, как крылышки. Очуметь!
— Крутяк? — Тася покрутил задом. — Мне привезли из Голландии!
— А я думал, что такое только на Малой Арнаутской ксерят…
— М-м-м? Клиент имеет что пошутить! В общем… — он вдруг припал своим полуголым тельцем ко мне, обвив одной рукой мою шею, прижался тёплой щекой к моей щеке. — Не рыпайся! Раненый боец не вынесет обиды! Должен же я тебя поблагодарить. Ты из огня-полымя меня вытащил, из леса дремучего вынес на себе, крылышко мне починил, ноут новый купил… Терпишь меня. Я не ошибся, когда разглядел тебя, ты мой герой. Небритый, правда… Но мне так даже нравится.