Электронная книга - «Пауки на чердаке (СИ)». Краткое содержание книги:
— Не говори так, Найт. Я бы этого не допустил, малыш. И не допущу ещё как минимум одну вечность, — тот ощутил приятное тепло выдоха доверившегося ему скелета, ложась на бок и долго глядя в фиалковые глаза, где ни одна реплика уже не стоила того, чтобы ее произнести. Важен был лишь тактильный контакт, не прервавшийся ни на секунду, теплый, ласковый и теперь такой родной…
Как минимум на одну вечность на двоих.
Комментарий к Засыпай [Найтмер/Кошмар]
https://vk.com/fantasmasofyoursoul
Группа автора
========== Твой шепот [Даст/Хоррор] ==========
Даст любил по вечерам после изнурительных трудовых часов надолго засесть перед телевизором или ноутбуком за просмотром полюбившихся передач и фильмов. Тихо, уютно и без лишней суетности будничного распорядка. Иногда и просто мог проводить время в тишине и спокойствии, и до странного необычным было, что у него в такие моменты была компания. Ещё один монстр-скелет, чей череп был проломлен, а глаз горел единственным зрачком, цвета красной гвоздики, расплываясь им во всю глазницу. Он приходил спонтанно, его стук в дверь чужого дома звучал как скрежет когтей скребущейся о доски кошки, и Даст, впервые увидев на пороге незванного гостя, был весьма озадачен, но войти позволил, все-таки знал его много лет — работали вместе. С тех пор событие вошло в привычку и воспринималось как должное, привычное и вполне занятное дополнение к свободному времени. Скраденное этим существом одиночество, давившее на голову обручем тягостности мыслей, было как нельзя кстати, и Пыльный был достаточно благосклонен к Хоррору, что стал его частым товарищем в часы досуга.
В этот раз последний не просто явился, но ещё и принес охапку снеков, падающих из рук от излишнего количества и выбора всевозможных угощений: от орехов и чипсов, до леденцов и драже. Даст, открыв дверь монстру, озадаченно смерил его гетерохромным взглядом, чуть фосфоресцирующим в полумраке, который он любил больше, чем яркий свет.
— Нахрена так много? Ты на неделю ко мне? — удивлённо спросил он вместо приветствия, впуская в дом Хоррора и опасливо косясь за его спину, подозревая, что такого количества еды могло бы хватить на целую ораву гостей. Но никого там не оказалось, а монстр опасливо покосился единственным глазом на горсть пачек с угощением, снова поднимая виноватый взгляд на Даста, отвечая тихо и сипло, как только он один мог говорить:
— Не знал, что ты любишь. Поэтому взял сразу всё, — это объяснение позабавило разноглазого монстра, и он кивнул на вход в гостиную, приглашая к обычному времяпрепровождению вместе. Тот счастливо оскалился в улыбке, скинул кроссовки и проследовал в знакомом направлении, светя во тьме прихожей алым заревом взгляда. Даст устало вздохнул, закрывая входную дверь, и поплелся следом, отмечая, что, возможно, самую малость, но был бы рад сегодня побыть один и поразмыслить кое о чем. Точнее… о ком…
О Хорроре.
Странные мысли посещали все чаще, отнюдь не дружеского толка, особенно обострявшиеся с его приходом. Монстр заявлялся всегда неожиданно: то с утра, то вечером, в случайные дни без явного алгоритма и совпадений дат или дней недели. Сперва Даст никак на это внимания не акцентировал, но позднее поймал себя с позорной мыслью, что ждал его прихода каждый день. Строил догадки, даже монетку бросал, а затем и вовсе обнаружил в голове постыдный глас мысли-предложения, стоило монстру не прийти в день ожидания: “А не сходить ли к нему домой самому?”. Стоило ей прозвенеть среди прочих, как тот стал постоянно себя одергивать, больше отстраняться и меньше говорить, хотя до того мог часами вести тихий монолог, открыв в Хорроре внимательного слушателя. Он действительно слушал его, не теряя нити рассказа, подтверждая это редкими, но очень уместными вопросами, разрезавшими чужую речь мягкой тишиной голоса, идущего на грани шёпота. И теперь висело неловкое молчание, а угощения, принесенные монстром, лежали нетронутой горсткой между ними на темно-болотной обивке дивана небольшой гостиной, в которой единственным светом помимо их глаз горел настольный светильник, пуская по помещению длинные, мрачные тени, убегавшие частоколом острых пик очертаний предметов органайзера на его поверхности до самого потолка. А свет телевизора заставлял другие — дрожать синхронно с переменами картинок идущей новостной передачи, которую оба смотрели, не вникая в суть, каждый думая о своем. И если Хоррор сидел и размышлял о том, что сделать ещё, чтобы оказать Дасту, который ему так сильно нравился, знак внимания и привлечь, строя весьма милые догадки и предположения, то Пыльный злился. На себя в первую очередь. День выдался и без того крайне неудачный, изнурительный и довольно безуспешный, и неуместная симпатия, которую отрицать уже получалось из рук вон плохо, лишь подливала в кипящее масло лишнего топлива, взметывая в душе обжигающие брызги маленьких взрывов его терпения.
Даст опасался, что шаг к Хоррору оборвет их встречи чужим отказом… И от того он совершил ошибку.
Ошибку, которая повлекла череду важных событий, без которых они бы не обрели конечной цели счастья. Но для этого пришлось пройти через неприятную ступень этого дня.
— Какого хрена ты на меня смотришь постоянно?! Задолбал уже, — громко рыкнул Пыльный, резко повернувшись к крупно вздрогнувшему Хоррору, что просто не понимал, что сделал не так, а голос, столь сильно повышенный, пробудил его боязнь громких звуков, отозвавшуюся смутной болью в проломленной голове и липким налетом холода на позвоночнике.
— М… Ты выглядишь грустным… Что не так, Даст? — ещё более сипло, чем обычно спросил одноглазый скелет, пытаясь угадать и придумать, чем мог бы помочь или быть полезным. Но взгляд лишь беспорядочно цеплялся за все подряд, кроме самого Даста, упрямо избегая смотреть в его разгневанный буран эмоций, кипевший лавой в зрачках цвета ализарина и сапфира.
— Да всё не так! — рявкнул тот, хватаясь за голову и отчаянно жалея, что ведёт себя так грубо, но его сердитый вскрик подействовал абсолютно неожиданно для Даста. Хоррор что-то сдавленно проскулил и тихо выскользнул сперва из комнаты, а следом и из дома. Лишь входная дверь слабо щёлкнула, заставив Даста простонать и откинуться на спинку дивана, запрокинув к потолку голову.
Вздох. Один. И ещё раз.
Снова и снова, успокаивая расшатанные неизвестностью нервы, оголенные подобно тетиве лука, готовой натянуться и пустить стрелу прямо в душу… Монстр медленно перевел взгляд к оставшейся на обивке блестящей упаковками кучке вкусностей, оставленных ему словно подношение. Он бросил взгляд в коридор, темнеющий пустым провалом дверного проема и огорченно вздохнул, разочарованно в самом себе и своих словах. Смутные опасения, что перегнул, повел себя грубо, резко и несправедливо терзали изнутри. Скребли когтями чувства вины и сожаления, но вернуть ни слов, ни монстра он уже не мог.
Даст твердо был намерен исправить ситуацию, вернуть ту зону комфорта, которую оба обрели друг в друге, но дни ожидания шли впустую. Хоррор не пришел ни на следующий день, ни через, ни даже спустя неделю. Это волновало монстра куда сильнее тех чувств, что он к нему испытывал. А ещё… дало возможность их принять как должное и неизбежное, осознать, что в конце концов не так уж и плохо это, и счастье стоило того, чтобы попытаться его достичь, ведь… не попробуешь — не узнаешь. На работе монстр тоже не появлялся, а значит, единственное место, где его стоило искать — дом Хоррора. Даст знал адрес, и первым делом, получив заслуженный отгул, отправился на поиски пропавшей души.
Там где жил Хоррор было до чёртиков тихо: огромный лесопарк полукругом обступал небольшое строение из неприглядного серого кирпича, двухэтажного с провалами лишенных света окон, будто никого там и не было… Поляна перед домом блестела пятнами света, бившего сквозь мозаику крон высоких деревьев, заслоняющих собой от грохота города, наталкивая на первые мысли и догадки о том, что одноглазый не любил шума ни в каком его виде. Шепот разносился ветром в листве, путаясь им же в скрипучих стеблях травы вокруг фундамента, на котором пятнами мелькал изумрудный мох. Даст осмотрелся, даже вокруг дома прошёлся, заглядывая в темноту окон в надежде увидеть знакомый отблеск гвоздичного зрачка, но результатов это не дало, он словно хищник кружил вокруг убежища затаившегося зверька, в попытке найти возможность его оттуда выцарапать. Но неожиданно прилетевший в макушку жёлудь заставил не только раздражённо взрыкнуть, но и голову задрать наверх, видя то, что искал. Хоррор сидел на крыше, один из салонов которой менял угол, делая там площадку, где вполне можно было сидеть, рассматривая окружение с высоты. Он сверкал на Даста недоумением и испугом, нервно царапая фалангами шиферный настил. Монстра его страх озадачил и снова окатил чувством вины за то, что он наехал на него без видимых причин да ещё и когда Хоррор просто искренне хотел помочь и явно беспокоился о причине его дискомфорта.