Электронная книга - «Пауки на чердаке (СИ)». Краткое содержание книги:
— О, нет… Нет-нет-нет, Найт, это не то… Я… — монстр попытался вырваться, но Мар слишком хорошо знал – сбежит. Как пить дать, спрячется, и ищи его потом по всей мультивселенной, идя подобно ищейке по следу его чувств. Найт смерил его грозным взглядом, но Инк не замолкал, превратив поток мыслей в какой-то жалобный лепет, в котором явственно угадывались отрывки фраз: “только не бросай…. не уходи”. Вектора потянули Художника к порталу, утащив в привычный простор океана, что теперь давил на сознание ещё сильнее, забивая остатки пространства под клеткой ребер влагой морского воздуха… Смешанного с поцелуем, в который тут же втянули Художника, прерывая течение его извинений сладким движением, которым инициатор наслаждался искусно, будто шедевра коснулся, который до того стоял в недосягаемости стеклянных рамок, где можешь смотреть, но не касаться. Вектора оплелись ещё теснее, убегая теплотой лианы до голени, приподнимая ногу, чтобы закинуть ее на свое бедро, с глухим урчанием, подхватывая потерявшего часть опоры маленького в сравнении с ним монстра под поясницей и разрывая настойчивый контакт. Тишина ночи… Инк растерялся: в глазах замерла озадаченность и вопросы, изгибаясь переливами, таявшими в мягких линиях клякс.
— Право слово, малыш, долго ты собирался скрывать, зная, что я чувствую твою душу? Я думал, ты умнее, — беззлобно фыркнул Найтмер, осторожно отпуская Инка, чтобы тот обеими ногами стоял на песке, но руки предпочел не убирать, чуть пощипывая позвонки его хрупкой спины, мешая думать и отвечать.
— Я тоже так думал… Так глупо проколоться и выдать свои чувства, — Инк улыбнулся, уловив во взгляде темнеющей в ночи лазури явное наслаждение давно позабытыми эмоциями.
— Зато ты не боишься так, как было прежде. Научился чувствовать и понимать, что простор – это твоя свобода, Инк. Свобода, которую никто не сможет отнять никогда, — Найтмер притянул Инка к себе, устроив на его затылке ладонь и наслаждаясь доверчивостью дыхания переосмыслившего, как и он сам, жизнь существа.
— Если бы не ты, то у меня бы не получилось, Найт. Я смотрел на тебя, восхищался тобой и хотел быть… похожим. Таким же смелым, каким ты всегда был, — тихо поделился Художник, утыкаясь носом в темную куртку монстра, гладившего его по спине, уперевшись невидящим взглядом в волнение океанической глади, стлавшейся покрывалом отраженного ночного неба до линии горизонта.
— Поверь мне, ты смелее, чем думаешь. Иначе я бы не заинтересовался тобой, маленький авантюрист, — он поднял к себе его лицо, все ещё запачканное голубой краской, несдержанно лизнув лазурным языком эти шальные кляксы на щеке, под изумлённый выдох Инка, в котором поднаготной линией пробежалось восхищение.
— Мар… Боже, — меньший монстр невольно выпустил всех тех демонов, что долгое время держал взаперти, хватая Найтмера за воротник и целуя, встав на цыпочки, но вопреки маленькому росту весьма напористо, чем раззадорил его в полоборота. С довольным, утробным ворчанием Найтмер тут же обхватил Инка лозами, спуская все поводки и позволяя им своевольничать, моментально найдя подол рубашки, за которой принялись мягко ощупывать витиеватые узоры угольных линий на бледном, лунном перламутре косточек, настолько тонких, что Мар плыл лишь от одного прикосновения к такой хрупкой, филигранной жизни, доверенной лишь ему одному за многие сотни лет. Художник оторвался с тяжёлым дыханием, ощущая, как весь идёт дрожью, а чувство чужого языка во рту до сих пор гуляло по нёбу, отзываясь в душе тяжёлой поступью щекотки.
— Я же говорил. Маленький смельчак, — довольно проворчал Найтмер, отпуская монстра и опускаясь на нежный песок берега, теплый, с забившимися в песчинках веточками подсохших водорослей.
— Я не маленький! Это ты большой, — обиженно проворчал Инк, скрестив на груди руки, бросив было взгляд к волнам, призывно лизнувших изгиб берега, но за это его дёрнули за шарф. Тело упало на колени, а душа — под ребра. Теплое дыхание опалило череп, освещая чернильную кляксу бирюзой взгляда, хищного и весьма властного, каким он был всегда. Десятки и сотни лет.
— Маленький Инк… Мой… — голос странно множился низким гулом, пуская табуны мурашек по всем остистым отросткам позвонков, трепеща застрявшим в горле ответом. Он лишь цеплялся руками за велюр темной ткани одежды, чувствуя и видя в отражении омута чужого взгляда, как его собственный расплылся нежной лавандой сердец — красноречивее некуда. Найтмеру и не нужны были его слова. Ни раньше, ни тем более теперь. Лишь собственной силой он надавил на душу чуть сильнее, вызвав взволнованный вздох очевидного наслаждения, и теперь больший монстр чувствовал это мягкое ворочание чужой жизни под аурой, щекотливое и мягкое. Устоять невозможно. Ни одному из них — на кон поставлено доверие, чувства и тайны, обнаженные друг перед другом давно, но понятые лишь в моменте настоящего.
Настоящего, в котором шорох волн глотал чужое счастье.
Комментарий к Простор — это твоя свобода [Инк/Найтмер]
Заявки больше не принимаются, всем, кто отписался — спасибо. Будет исполнено потихоньку ^_^
https://vk.com/fantasmasofyoursoul
Группа автора.
========== Огонь страшен рождением душ [Инк/Эррор] ==========
Когда огни костра путаются искрами в звёздном небе, уже не разобрать, где кончается пламя этих горячих точек и начинаются вкрапления созвездий. Лишь тепло и треск пламени будет напоминать о том, что ты ещё на земле и всего лишь смотришь в ночное небо, а не потонул в нем полностью. Эррор любил это смешение красок. До сумасшествия, которым прикрывал истинное отношение к миру. Ко всем мирам. Для него не было ни преград, ни стен тем более… Стены давили, шатали разум, и без того подверженный излишней и весьма проблематичной тревожности, заставлявшей из каждого действия строить одному ему ясные ритуалы. Мелочи, но стоило их повторить, как душа успокаивалась, теряя фантомность и обретая четкие очертания. И важным условием стало посещение этого особого места, где ничто не загораживало его свободы, сбрасывало оковы давления замкнутого пространства, которого Эррор боялся до судорог, полностью лишив себя его подобия. Даже миры разрушал по причине этой эфемерности их простора. Казалось, что давят даже границы отдельно взятой вселенной, но только не здесь… Под небом, где его купол упирался в бесконечность. Границ не было. И от этого его настроение шло ровной волной умиротворения, а треск попавших в костер сосновых шишек приятно отдавался где-то глубоко внутри чувством того, что так и должно быть… Пахло росой, дымом, путавшимся в можжевельнике позади, пели десятки сверчков и цикад, занявших бастионы лесного массива поодаль. И чувство того, что при всем при этом нет одиночества: слышно скрип пастельного карандаша позади, где Инк сидел спиной к спине Разрушителя, тихо запечатлевая ночной пейзаж и греясь теплом чужого спокойствия. Эррор это позволял, сперва неохотно, даже едва не рассорился окончательно с тем, кого давно не считал врагом, заинтересовавшись смыслом его действий более детально, хоть и с опаской, подобно чуткому зверю, вышедшему на новые места неосвоенных никем территорий. А затем все спокойнее относясь к обществу, к которому привык так сильно, что вписал его в подобие ритуалов жизни, где равноценно важным было ставить дома пряжу строго по коробкам с цветами нитей и посиделки у костра с Художником в определенные дни и никакие другие иначе. Перфекционизм или просто мания, он уже не хотел знать, предпочитая размышлениям и самокопаниям пустоту в мыслях в такие моменты. И Эррор был бы не он, если бы не отметил любопытную деталь своего нового прилипчивого приятеля, чья дружба была хоть и навязана, но не менее желанна, чем костер перед ним. Инк не садился у огня.
Никогда.
Бросал опасливые взгляды, рисуя в зрачках предательские восклицательные знаки. Но не более того, предпочитая теплу пламени холод глубокой ночи, где ветром лизало босые ноги до дрожи в костях. Эррор ощущал ее спиной, к которой с течением времени меньший монстр неосознанно жался сильнее, расписавшись под догадками подписью явного их подтверждения весьма проницательного Дестроя. И в эту тихую ночь внутри зазудело любопытством и желанием нарушить чужую зону комфорта. Не одному же ему терпеть подобное?