Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания
- Автор: Фаворская Татьяна Алексеевна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Санкт-Петербургский государственный университет
- ISBN: 978-5-288-05890-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей, интересующихся историей России и российской науки.
Не помню почему, нам пришлось в каком-то месте перебираться через реку от берега до берега, бревна были мокрые, скользкие, пробираться по ним с тяжелыми вещами было нелегко. Ирина походила днем по деревням, кое-что достала и уехала на следующее же утро, а я осталась еще на день. Погода была холодная, ветреная, один день мы убирали картошку на нашей полосе: Иван Баринов проезжал по борозде с сохой, а мы выбирали картошку из земли. На другой день мы убирали овощи с огорода. Между прочим, Мария Маркеловна сеяла там цикорий: длинные толстые его корни, имевшие вид белой моркови, мы сложили в корзинки и пошли на лаву. Там, присев на корточки, мы полоскали корни в реке. Резкий ветер так и пронизывал, чтобы не замочить пальто, я работала в своем обычном холстинковом сером платье и надетой поверх него коротенькой вязаной безрукавке. Мария Маркеловна тоже была легко одета. Мне-то ничего не сталось, а Мария Маркеловна простудилась и долго потом кашляла. Вечером вымытый цикорий мы резали на квадратные кусочки, которые Мария Маркеловна потом жарила в русской печи для кофе.
Страшный голод в Поволжье повлек за собой другую беду: вспыхнула эпидемия сыпного тифа, голодного тифа, как его иначе называют. Расходясь по всей стране в поисках хлеба, голодающие разносили тиф повсюду, по городам и деревням. Болели тифом и в Петрограде, и в Москве. В Усадищи спекулянты тоже занесли тиф, но там переболела только одна семья, соседи боялись — и не заходили к ним. Мария Маркеловна несколько раз бывала у них, пока хозяйка не поправилась настолько, что могла себя обслуживать. Среди живших в Университете тоже были заболевшие, их сейчас же увозили в больницу, это было страшней всего, так как смертность в больницах была высокая.
Казалось бы, в такое время не до развлечений, однако в городе процветали «танцульки», функционировали и театры. В театры и раньше было небезопасно ходить, особенно в Мариинский, так как можно было опасаться, что принесешь оттуда, посидев на замызганных голубых креслах, на одежде вшей. Сейчас же вши были особенно опасны. Опасны были и всякие скопления народа, особенно переполненный транспорт. Когда я этой зимой ездила на Николу, на Рождество или на Масленицу в деревню, Мария Маркеловна со страхом ждала писем после моего возвращения в город, но, к счастью, все обходилось благополучно. Один раз я поехала не «на Жуковском», а на свой страх и риск доехала до Вырицы и стала ждать какого-либо поезда из Петрограда. Смотрю, на путях стоит поезд, и не из теплушек, а из классных вагонов. Дай, думаю, посмотрю, что за поезд, нельзя ли на нем уехать. На путях темно, надписей на вагонах не видно, я залезла на площадку вагона и только хотела войти в вагон, как дверь оттуда отворилась и вышла фигура в одном нижнем белье, шатающаяся из стороны в сторону, с бессмысленным взглядом, бормочущая какие-то непонятные слова. Не успел человек выйти на площадку, как сзади него из вагона высунулся санитар в белом халате, подхватил его под руки и, воскликнув: «Куда, куда!» — утащил его обратно в вагон. Я опрометью бросилась прочь из этого поезда, пробегая вдоль него, я разглядела красный крест и прочла слова: «Санитарный поезд».
Как я услышала потом от попутчиков, это был поезд с сыпнотифозными. Вернувшись в город после поездки на Масленицу, я прихворнула, поднялась немного температура, и я осталась в постели. В лаборатории об этом узнали, и Фрида и Зеберг пришли меня навещать. Когда они снова пришли ко мне на следующий день, температура у меня уже была нормальная. Узнав об этом, Зеберг разахалась: «Как вы меня подвели, как вы меня подвели! Мне необходимо было пойти навестить тещу моего брата, которую я терпеть не могу. Узнав, что вы заболели, я обрадовалась, что мне можно будет не ходить к ней под тем предлогом, что у меня подруга заболела сыпным тифом и я должна за ней ухаживать! А теперь все рухнуло, все мои планы, и мне нужно идти к ненавистной теще!»