«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания

— А чем вы можете ее доказать? — спросил он.

— Как чем? Моей добросовестной работой, которую люблю и которую делаю с удовольствием и в полную меру своих возможностей и способностей.

— Допустим, — сказал он, — но если бы от вас потребовалось нечто большее? Я знаю, у вас бывают в доме люди, мнение и взгляды которых меня интересуют. Не могли бы вы осведомлять меня о том, что они говорят и думают?

«Боже мой, — подумала я, — он предлагает мне быть сексотом. Какой ужас! Но нельзя показать ему, что я считаю себя оскорбленной, нельзя возмутиться». Я сделала вид, что задумалась над сделанным мне предложением, потом, стараясь придать спокойные интонации своим словам, ответила:

— Мне кажется, вы сделали неудачный выбор — я не подхожу ни с какой стороны к предлагаемой вами роли. Во-первых, мы с сестрой нигде не бываем, во-вторых, у нас бывает совсем немного людей.

— Я знаю, кто у вас бывает, мне этого количества людей хватает, — ответствовал он.

— Затем я никак не подхожу к типу людей, которые предают людей, доверяющих им, я органически не смогу этого сделать. Я ни в какой мере не буду вам полезна.

— Ах, вот ваша хваленая лояльность! Выйдите в коридор, — прикрикнул он, — подумайте!

Я вышла в коридор и снова уселась на деревянную скамью. Думать мне было нечего, но я понимала, что мне грозит. Не знаю, сколько времени я просидела. Затем опять была вызвана.

— Ну? Что надумали?

— Я могу повторить вам только то, что уже говорила.

— А знаете ли вы, что я могу донести на вас и сказать, что вы ругали советскую власть, за что вас немедленно вышлют в Туруханск или еще сделают с вами что-нибудь и похуже?