Божественный лик Византии

К сожалению, латиняне не были столь великодушны и открыты для мира. Уже в самом начале Собора они своими дерзкими действиями едва не поссорили Константинопольского патриарха Иосифа (1416—1439) с Римским папой Евгением IV (1431—1447). Папские нунции пытались убедить византийского архипастыря соблюсти латинский протокол и припасть к ноге апостолика. Оскорбленный патриарх возмутился: «Откуда у папы такие привилегии? Какой Вселенский Собор дал ему их? И разве апостолы целовали стопу апостола Петра? Ктонибудь слышал об этом?» Ему попытались объяснить, что это – «древний» обычай, которому беспрекословно повинуются и Западные императоры, и остальные европейские государи. Но патриарх обоснованно ответил, что не готов следовать новшествам католиков.

Когда страсти накалились до предела, византийский архиерей напрямую заявил, что никогда не станет лобызать стопу папы, а в случае упрямства Римского клира просто уедет назад в Константинополь со всеми своими епископами – пусть папа проводит Вселенский Собор без них. Латинянам пришлось уступить, но в отместку папа встретил патриарха не во дворце, а в своих личных апартаментах, и встреча эта носила сугубо формальный характер. Конечно же, восточные епископы были очень недовольны[604].

Затем пришла пора испытать неудовольствие уже Римской курии. Святой Марк Эфесский очень искусно отделил вопрос о чести Апостольского престола от догматических новшеств Запада. Особенно он акцентировал внимание на Filioque, настаивая на том, чтобы Римский папа, если тот действительно восседает на первой кафедре Кафолической Церкви, устранил его из Символа. «Я слышал от одного из ваших философов, что прибавление к Символу Веры сделано ради икономии, ради исправления тех, которые неправильно понимали веру. Так пусть же по икономии это прибавление будет изъято, чтобы вы приняли братьев. Отложите свою суровость и неуступчивость, и снизойдите к нам, немощным и изымите из среды то, что вводит в соблазн»[605].

В последующих публичных диспутах с кардиналом Иулианом и Андреем Родосским св. Марк Эфесский аргументированно доказал отсутствие Filioque в древнем Символе. Никакие аргументы латинских богословов не могли устоять против его «железной» логики и эрудиции. Стало ясно, что латиняне безнадежно проигрывают эту партию, а потому вскоре они предложили оставить вопрос о Символе и обсудить сам догмат об исхождении Святого Духа от Отца и Сына.

Попытки найти компромиссное решение свелись к изучению вопроса о возможности формулирования согласительной формулы на основе «Послания к Марину» преподобного Максима Исповедника (580—662), в котором присутствует мысль, что исхождение от Сына не имеет в виду Его как причину исхождения Святого Духа, которой остается единственно Отец. Виссарион Никейский (1403—1472) и митрополит Исидор Московский (1436—1441) согласились с этим предположением, однако св. Марк был категорически против.