![Мужество любви [Автобиографический роман] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/5/2/6/9/0/muzhestvo-lyubvi-avtobiograficheskij-roman-download.jpg)
Мужество любви [Автобиографический роман]
- Автор: Дьяков Борис Александрович
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Мужество любви [Автобиографический роман]». Краткое содержание книги:
Сквозь смерть пробирались к редакции Яшин и Рожавина. Они видели, как пожарные части развертывали шланги, чтобы тушить пожары, но воды не было, и пожарники уезжали туда, где, быть может, еще действовал водопровод. Видели, как несли на плащ-палатках, носилках или просто на собственных спинах стонавших раненых в бомбоубежище под драмтеатром, где помимо артистов, занимавших боевые вахты, были врачи, медсестры. Видели и сошедших с ума стариков, женщин, они жались к развалинам домов, во весь голос кричали, хохотали…
Яшин и Аня вбежали к нам в бомбоубежище. У обоих спазма в горле.
— Мне передал комендант города, — второпях сообщал Яшин, — он сидит в водопроводном люке… там у него и телефон… наши атакуют с севера на юг, оттягивают фашистов от Сталинграда… А путь к центру города преграждают остатки танковой бригады.
По воспаленным глазам Яшина, по его отрывчатым фразам было понятно: смерть от нас на полшага.
В это же самое время Пенкин, будучи дома (семья его уже в Паласовке), собирал документы, рукописи, распихивал их по карманам, засовывал в голенища сапог, в рюкзак, увел жильцов с детьми в траншею, вырытую во дворе, и в бомбоубежище, а сам — в обком партии. Здесь минут десять быстрой ходьбы, а пробирался Миша почти час. При свисте бомбы ложился на тротуар, съежившись в комок. В глазах — шары пламени. Слышал звонкий свист осколков, гром где-то падающей стены дома или крыши. Потом вскакивал и на ощупь, преодолевая чадное дыхание горящего города, спотыкаясь о кучи кирпича, трупы людей, добрел к зданию обкома. Оно пока невредимо. Увидел бегущего в КП Водолагина в штатском костюме, с вещевым мешком за плечами.
— Какие будут приказания, Михаил Александрович?
— Всеми доступными способами перебраться на левый берег, наладить выпуск газеты! — на ходу бросил он.
Наступили сумерки. Я вспомнил: окна в редакции не зашторены, а по графику я — ответственный дежурный. Выскочил из подвала и — наверх. Стал опускать завесы из черной бумаги и услышал настойчивый телефонный звонок в кабинете редактора.
— Слушаю!
— Борис?
— Александр Гаврилович?
— Ты почему в кабинете?
— Затемнял окна.
— Алло! Сейчас минутное затишье. Снесите пишущие машинки вниз, к подъезду, под чугунные ступеньки, за машинками приедут, и немедленно в бомбоубежище!
— Будем выпускать газету?
— Конечно!
Я мигом в подвал. И тут же обратно с Мизиным, Притчиным, Печинкиным и Лизой Костыговой. Подхватили ундервуды и — под лестницу.
Бах! Бах! Бах!
Под бетонным колпаком одни лежали на топчанах, другие сидели на скамейках. Яшин — на полу. Прислонился спиной к стенке, вытянул длинные ноги. Возле него — тихая Аня. На ее матово-бледном лице поразительно спокойные темные, как две наливные вишни, глаза, по-своему красивый поворот головы — он всегда такой, словно Аня прислушивается к чему-то.
— Что притихла, чернавушка? — спросил Яшин.
Она тепло посмотрела на него:
— Ох и бестолковый же ты, Сашенька! — мягко произнесла Аня и уткнулась головой в его плечо.
Надвинулся вечер. Темнота давила. Я стоял, садился, снова вставал. Состояние — будто ты замуровав в каменную стену. Наконец в бомбежке — перерыв.
— Полезем на крышу, посмотрим, — предложил я. — Возможно, последний раз посмотрим на Сталинград…
Мизин, я, Притчин, Курин и Мальцев, озираясь, вскарабкались по чердачной лестнице, вышли на крышу.
Бог ты мой! Весь центр пылает… Шквал огня! Казалось, в небе гневно кипит кровь убитых сталинградцев.
— Что делают фашистские гады! — сжав до боли кулаки, в нервном возбуждении крикнул я. — Хотят нас победить? Черта с два!.. Они могут разрушать дома, сжечь города, убить миллионы людей — могут, могут!.. Но разрушить у нас души — никогда!..
— Да, да, да! — с дрожью в голосе как бы подтвердил Мизин. — Эту мысль, Борис, отрази в передовой статье! Слышишь?