Электронная книга - «Конец партии: Воспламенение (СИ)». Краткое содержание книги:
- Гражданка, - подошедший хозяин тронул меня за плечо, - ваша комната готова.
- О, спасибо, - не передать словами, насколько я рада была возможности свернуть беседу и уйти. - Я сейчас поднимусь…
- Служанка вас проводит, - кивнул мне мужчина и перевел взгляд на одиноко скорчившуюся на стуле Клер. - А ты, оборванка…
- Не надо ее выгонять, - запротестовала я и сунула ему в руку еще одну купюру. - Лучше принесите ей еще чего-нибудь выпить.
Хозяин ассигнат забрал, но на меня поглядел с сочувствием:
- Вам деньги девать некуда, так вы их тратите на всякую шваль? Я эту шлюху давно знаю, она тут не первую неделю ошивается. Только и ждет, как бы стянуть что-нибудь. Помню, целую куриную ножку чуть не стащила, всыпал я ей тогда…
На последних его словах Клер придушенно всхлипнула и прижала выпачканные ладони к лицу. Очевидно, она была уже основательно пьяна, и ей было жгуче стыдно. Но зря она думала, что я исполнюсь презрением к ней - наоборот, мне скорее захотелось дать хозяину гостиницы в усатую морду.
- Вот что, гражданин, - я, уже собравшаяся уходить, замерла и топнула ногой, - поместятся ли на моей кровати двое?
Он посмотрел на меня, как будто у меня бред.
- Поместиться поместятся, но… вы что, хотите с ней…
- Не ваше дело, - гордо ответила я и, подойдя к Клер, схватила ее за локоть. - Пошли со мной.
Она посмотрела на меня затравленно, явно не веря в то, что я говорю.
- Но ты же действительно не можешь…
- Уж что-что, а это я могу, - сварливо откликнулась я. - Ты идешь со мной или нет?
- Д-да, только… - она задрожала еще пуще, прежде чем решиться на следующий вопрос, - можно, я съем твою порцию? Если ты не будешь…
А я уже и забыть успела про эту кошмарную бобовую кашу - теперь, застывшая и полузахошая, она окончательно стала напоминать блевотину, но Клер смотрела на нее так, будто это неземной гастрономический изыск. Мне оставалось только предположить, сколько эта несчастная девушка не ела, потому что узнавать об этом у нее лично я совсем не хотела. Поэтому я просто придвинула к ней тарелку.
- Не стесняйся.
С жадностью, присущей оголодавшему зверю, Клер набросилась на еду, и хозяин, посмотрев на нее, ушел прочь. Напоследок он буркнул что-то вроде “делать больше нечего”, но мне не было до него никакого дела. Наверное, это был один из тех редких случаев, когда я чувствовала, что поступаю правильно без всяких оговорок и “но”. Поэтому я терпеливо дождалась, пока Клер доест, потом подхватила ее, недопитое вино и двинулась за молчаливой служанкой вверх по покосившейся, скрипящей лестнице.
Когда мы зашли в комнату - небольшую, просто обставленную, но не лишенную определенного уюта, - меня ждало еще одно потрясение. Клер порывалась рухнуть передо мной на колени, и мне приходилось держать ее, чтобы этого не случилось.
- Я не буду нахлебницей, - пробормотала она, пытаясь достать что-то из кармана. - Я работаю, чищу гражданам трубы, я отдам тебе деньги…
- Не надо мне ничего отдавать, - я остановила ее и с усилием усадила на застеленную блеклым покрывалом постель. - Мы будем снимать эту комнату вскладчину, поняла? Так будет дешевле, а жить вдвоем лучше, чем в одиночку…
Она, уже вознамерившаяся что-то сказать, замерла с открытым ртом, а потом вдруг смущенно протянула:
- Знаешь, я бы тебя сейчас обняла, но я так давно не мылась…
О последнем она могла и не упоминать: все-таки специфический запах было не скрыть ничем, но для меня, подстегнутой вином и невыплеснутым горем, в тот вечер не было нерешаемых задач. Я поднялась с постели; Клер осталась сидеть, завороженно глядя на меня снизу вверх.
- Пойду спрошу, не нагреют ли нам тут пару кувшинов воды, - жизнерадостно заявила я, делая шаг к двери. - А лучше четыре, потому что я тоже хочу ванну. Никуда не уходи, слышишь?
- От тебя я никуда не уйду, - с готовностью заявила Клер, прежде чем я скрылась за дверью.
Перед тем, как идти к хозяину, я на секунду прижалась лбом к холодному, шершавому дверному косяку. Оставалось понять, зачем я сделала все это, но подобные вещи я обычно совершаю, не имея на то никаких причин. Впрочем, разве это плохо - помочь тому, кто попал в беду? Вдобавок, у меня теперь были все шансы обзавестись подругой, а одна голова - хорошо, но две, как водится - лучше. Придя к такому незамысловатому выводу, я кивнула сама себе и помчалась вниз.
Дни потекли неспешно и однообразно. Я продолжала посещать Клода, вдалбливая в непокорную школярскую голову основы математики, брала с его суровой матушки положенную плату, и возвращалась в гостиницу, где сумела внести задаток за комнату на целый месяц. Больше денег у меня не было, и на большее загадывать не хотелось. На еду я не тратилась - завтраки и ужины (от обедов мы в целях экономии отказались) оплачивала Клер - она чистила трубы целыми днями и иногда приходила домой, валясь с ног от усталости, и сразу засыпала, повалившись на кровать, пока я осторожно стягивала с нее перепачканную в пепле одежду. Как ни странно, никаких следов истязаний на ее теле мне обнаружить не удалось - неизвестно, что творилсь у Сада в голове, но в определенном смысле он пощадил девушку. О нем мы, впрочем, больше не заговаривали. Как и о том, что случилось со мной.
- Теперь я понимаю, - ворковала Клер как-то вечером, развешивая выстиранные рубашки за окном, - надо просто сказать прошлому “прощай” и больше не вспоминать о нем. Вычеркнуть, будто его и не было.
Я не была уверена, что смогу забыть, но решила ее не расстраивать этим:
- Ты права.
- Сейчас мне намного легче, - Клер закончила прицеплять к веревке последнюю рубашку и обернулась ко мне, утирая рукой лоб. - А все потому, что кому-то на меня не наплевать.
Взгляд ее, направленный на меня, стал нежным и подернулся поверх этого каким-то странным мутноватым выражением, отчего мне разом стало неуютно, и я предпочла сбежать из комнаты, ухватившись за подвернувшийся предлог принести снизу кофе. Последнее время выдерживать такие взгляды от Клер в свою сторону мне становилось все сложнее, настолько они участились, и я понятия не имела, что с этим делать. По счастью, соседка пока не пыталась обратить их во что-то более материальное, но я понятия не имела, что буду делать, если она попытается.
- Ты так напряженно о чем-то думаешь, - заметила Клер, когда я вернулась с полным кофейником. - Что-то случилось?
- Нет, - я не знала, куда деться о ее заботы, и чувствовала себя то жертвой насилия, то конченным извращенцем. - Просто… задумалась…
- Может, развлечь тебя?
Наверное, мое лицо было достаточно красноречивым, потому что Клер звонко рассмеялась. Смех у нее был заразительный, но в тот момент я не могла выдавить из себя ни одной, даже самой маленькой улыбочки.
- Ничего такого, что ты не захочешь. Но я могу размять спину или… - тут ее взгляд стал откровенно блудливым, и я прокляла свою способность к состраданию, не позволившую мне тогда, при нашем знакомстве, дать хозяину вышвырнуть несносную девицу на улицу, - что-то еще…
- Нет-нет, - я со всей поспешностью замахала руками, - ничего не надо. Честно.
Она сразу поскучнела, но больше эту тему не поднимала, и я вздохнула спокойно. Оставалось только гадать, долго ли продлится затишье.
Назревало что-то странное и непонятное, но оттого лишь более пугающее. Вечером следующего дня, возвращаясь от Клода, я увидела, что один из переулков почти что перегорожен сгрудившийся возле одного из домов толпой. Я постояла немного в стороне, размышляя, не обойти ли это место, сделав небольшой крюк, но увидела, что никакой злобы или агрессии люди не проявляют, а просто слушают кого-то, плотным кольцом собравшись вокруг него. Не имея представления, кто мог привлечь столько внимания - последнее время народ даже мимо уличных агитаторов, объявлявших изданные декреты Конвента, проходил с равнодушным видом, - я, влекомая любопытством, принялась изо всех сил работать локтями, пробиваясь вглубь толпы, и спустя несколько минут увидела, кто смог собрать вокруг себя такое количество зрителей.