![Шолохов: эстетика и мировоззрение [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/8/5/2/3/sholohov-estetika-i-mirovozzrenie-litres-download.jpg)
Шолохов: эстетика и мировоззрение [litres]
- Автор: Костин Евгений Александрович
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-077-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Шолохов: эстетика и мировоззрение [litres]». Краткое содержание книги:
В новой работе автор демонстрирует художественно-мировоззренческое единство творчества М.А. Шолохова. Впервые в литературоведении воссоздается объемная и богатая картина эстетики писателя в целом. Читатель, может быть, неожиданно для себя увидит нового Шолохова: писателя со сложной картиной мира, художественно изощренного, удивительно правдивого и истинно народного.
Идеал, гуманизм, оригинальная философская мысль писателя, эстетические категории трагического, катарсиса, комического, хронотопа и ряд других анализируются в книге Е.А. Костина. Особый интерес представляют рассмотренные исследователем острые вопросы революции 1917 года в связи с развитием русской цивилизации в XX веке.
Книга выходит в юбилейный для писателя год (115 лет со времени рождения) и предназначена для самых широких слоев читателей, которых продолжают заботить судьбы России и ее культуры сегодня.
1. См. Научные труды Вильнюсского университета. Rusistica Vilnensis. Literatūra. 2001. Том 41–43 (2).
2. Гейр Хьетсо. Моя встреча с Шолоховым // Вопросы литературы. 1990. № 5. Должен кратко заметить, что во время личного разговора с норвежским исследователем на кафедре славистики университета Осло в апреле 1998 года, Гейр Хьетсо усилил этот момент разговора с писателем, вспоминая, с каким чувством сопричастности автор «Тихого Дона» говорил о взаимоотношениях Григория и Аксиньи, об их любви.
3. Толстой Л. Н. Собр. соч. в двадцати двух томах. М. 1980. Т. VI.
Не дает покоя одна деталь. Мы знаем точно – это признавал сам Л. Н. Толстой – его незаконный крестьянский сын был рожден от бабы из Ясной Поляны, которую звали… Аксинья! А если вспомнить, что имя Листницкого – Евгений, а самый, пожалуй, знаменитый русский «герой-любовник» – это Евгений Онегин, то количество совпадений по-своему превышает статистическую величину и заставляет задуматься над глубинными пересечениями пластов русской культуры, в том числе в любовно-эротическом плане.
Жизнь, ставшая эстетикой: трагический модус русской литературы
Трагическое – эстетическая категория, являющаяся одной из ключевых для анализа художественной деятельности человека, начиная с античности. Трагическое у Шолохова – это фундаментальная основа художественного мировоззрения, влияющая на все остальные категории и характериcтики его мира. Шолохов является трагическим художником по преимуществу, такова природа его мимесиса. Ни одна из каких-либо других эстетических категорий не соотносилась с миром Шолохова так часто, как т р а г и ч е с к о е. В его художественной картине мира трагический элемент выступает одним из самых существенных. В литературоведении есть серьезные исследования этого аспекта творчества писателя. Это работы И. Ермакова, Л. Ершова, П. Палиевского, М. Кургинян, А. Хватова, В. Кожинова, Г. Гачева, Г. Ермолаева, С. Семеновой и др. Исторический характер трагедийности мира Шолохова все больше проясняется в связи разысканиями историков и литературоведов, также исследуются художественно-генетические, собственно эстетические истоки этой категории у писателя.
Попытка универсального определения трагического в русской эстетике принадлежит А. Лосеву. Он писал: «Трагическое – философская и эстетическая категория, характеризующая неразрешимый общественно-исторический конфликт, развертывающийся в процессе свободного действия человека и сопровождающийся человеческим страданием и гибелью важных для жизни ценностей. В отличие от печального или ужасного трагическое, как вид грозящего или свершающегося уничтожения, вызывается не случайными внешними силами, а проистекает из внутренней природы самого гибнущего явления, его неразрешимого самораздвоения в процессе его реализации. Диалектика жизни поворачивается к человеку в трагическом ее патетической (страдальческой) и губительной стороной. Существенной стороной трагического является то, что оно не допускает какого-либо возвышения над конфликтом, примирения или разрешения его в какой-то иной, «высшей» сфере – в противном случае оно скорее переходило бы в область комического, преодолевалось бы в юморе или в иронии» [1, 251].
А. Лосев замечает также, что древневосточная философия не разработала понятия трагического, что в первую очередь связано с недоверием к личному, индивидуальному началу.
Обращаясь к первоначальным этапам становления трагического в истории европейского сознания, подчеркнем, что эта категория выступает поначалу в качестве своеобразного инварианта, включавшего в себя различные модификации отношений к бытию, не осознававшиеся, в полной мере как трагические. Необходимость обращения к истокам трагического, к первоначальным этапам его становления связано с безусловным родством шолоховской эстетики с античностью. Эта типологичность определяется условиями формирования эстетического отношения к действительности в условиях отсутствия предшествующего художественного опыта, достаточного для эстетического освоения объективной действительности как в одном, так и в другом случае. Эстетическая ситуация после совершения русской революции 1917 года, после определения нового субъекта эстетического сознания нуждалась в появлении новых приемов воссоздания мира и человека. Причем это шло по линии прежде всего эстетико-философской, а не формально-стилевой. Эстетическое «открытие мира» происходило и в том и в другом случае (в античности и в русской литературе 20-х гг.).