Чернобог (СИ)
- Автор: Gusarova
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Чернобог (СИ)». Краткое содержание книги:
— Простите, если заставил вас обознаться, — с горечью сжав кулаки, бросил Афанасий. — Но по правде, в душе — я такой. Я и тогда был такой, вы попросту не ведали, что творилось у меня в душе.
— Позвольте вам не поверить, — граф исподлобья видел, как она смахивает скупые слезинки. — Я лучше сохраню тот образ моего месье Ле Вана, которому я была верна всю жизнь. И подожду, когда Атанаси Берзарин вновь захочет им стать. Я улечу в Малин, сегодня же.
— Анна-Луиза! — взвился граф, и она, вновь исполнившись надежды на благополучный исход объяснения, обратила на него взор. Но он замялся, понимая, что не готов дать ей то, чего она добивается, и пролепетал: — Я не смогу без вас.
— Вы смогли двадцать лет, и сможете ещё, — удостоила она его жестоким ответом. — Вернёмся в деревню.
— Как вам будет угодно.
Он поднял её на руки и умчал к Грибову, поднимая над полем вихри. Крестьяне задирали головы, прикрываясь рукавами от летящего во все стороны сена и приговаривали: «Наш-то барин нонче разрезвился! Баб, вон, по ветру мотыляет!»
Анна-Луиза, не желая огорчать Столетовых истинной причиной своего отъезда, соврала что-то про срочные дела в Малине, но Марфа, разом всё поняв, оставила гостью переодеваться с Аграфеной, а сама утащила графа в сени для разговора.
— Ну и что ты, колупай божедурный³, учудил? Никак супротив моего предсказания пойти не решился?
— А разве так можно? Супротив ведовского завета… — пробормотал Афанасий.
— Можно, коли ты силён волей и сердцем храбр. Да не про тебя нынче эта побасенка. Вот и искать тебе её теперь, как я говаривала — на краю света, хоть она и сидит там за дубовой стенкою. Эх ты, Афонька! Видать, горбатого могиле только и исправить. Что нос повесил? Иди к сынку своему, раз ты его выбрал.
— Марфа Терентьевна, — тут строго выговорил ведунье Афанасий. — Сама знаешь, род для колдуна превыше прочих дел. И сыновнее благополучие мне дороже любых утех и всякого золота!
— Вот на золоте своём и поскользнёшься, — глухо ответила Столетова, и Афанасий вновь, как от каждого её предсказания, ощутил суеверную дрожь. — Да так грохнешься, что по всем углам страны прокатится.
— Ну, будет! — отрезал граф, раздражаясь. — Одна моя воля Вия — как решил, так и поступлю. А и ей себя закабалить не дам! Что это она на меня губы дует? Не рада, что я жизнь ей спас? — он принялся указывать на ту самую пресловутую дубовую стенку. — Меня с дюжины баб пытались к ногтю прижать, ан, не вышло, и ей, кем бы она там ни была по старой памяти, не удастся. Вий себе принадлежит. Себе, сыну, Стрибогу! Так-то, ведьма.
— Быть по-твоему, касатик, — Марфа вывернулась из-под его руки и ушла в дом.
Афанасий потоптался немного в сенях, решая, идти ему прощаться с Анной-Луизой или не стоит, а потом махнул рукой и с гневным воем умчал к поместью.
Комментарий к 83. Лето ¹ — «свербигузка» — (древ.) «приставучая, болтливая девка». «Попрешничать» — «говорить наперекор, спорить».
² — «grazie» — (ит.)«спасибо».
³ — «колупай божедурный» — (древ.) «тормозной тупица».
====== 84. Игра на доверие ======
2046 год, февраль, Люжан, Фретция.
Сказать, что Саша нервничала, значило не сказать ничего. Она битый час вертелась перед зеркалом в арендованных апартаментах и никак не могла подобрать достойный look.
«Да, луки, прямо скажем, сейчас в тренде, — пошутила мысленно Саша и заключила: — Хотя с этим шутером во что ни рядись, всё равно будешь чувствовать себя сасово».
Шикарное платье, сверкающее блестками, как звёздное небо, полетело на незаправленную кровать, туфли-шпильки брякнули каблучищами о геопаркет. Саша вздохнула и оценивающе оглядела своё усталое и измученное отражение.
«Старая ты корова, — пронеслось в голове. — Тебе в гроб пора, а ты на вислово тащищься».
Испугавшись собственных мыслей, Саша по-скорому сбрызнула кожу лица омолаживающим тоником, собрала руками немаленькую складку на животе, сжала её до бугристости и снова призадумалась. Выглядеть хотелось неотразимой, но как остаться неотразимой перед чернобогом, тем паче, когда тебе не двадцать и ты изволила забить болт на нормальные тренировки?
«Да и дэш с ним! — в конце концов разозлилась Яхонтова. — Он остался тем же самым дичем, которого я диссила в лёгкую, так что… Погав!»
Саша прыснула, припомнив жаргон Валерия Николаевича, и просунула руки в мягкую толстовку с принтом. Туристические ботинки, шапка-гном в тон к шарфу, обтягивающие леггинсы с начёсом и фиолетовая дутая куртка — ни разу не современно, но тоже — «погав»!
— Не понравлюсь, пусть поищет другую такую, — раздражённо бурчала, одеваясь и накрашиваясь, Саша. — Я не флексить с ним собралась, а перетереть о важном. Потерпит.
Хлопок дверью вышел таким, что Саша, не оглянувшись, прикинула, сколько будет стоить её вероятный ремонт. Быстро набранное сообщение в «Юничат» гласило:
«Дэшу в центр. Где встречаемся?»
Snow Crow: а куда бы ты хотела пойти?
Ya-Sanchez: дич, не кипяти. Ты же грозился показать мне старину?
Он перезвонил ей, и Саша рассмеялась, услышав любовное ворчание:
— Я ж тебе уже шестой год показываю. Так и не привыкла? — На заднем фоне шумел мотор электромобиля и знакомая музыка из магнитолы. Саша догадалась, что дич взял напрокат тачку.
— Я оценила юмор, где стрелку забьём?
— У обелиска. Доберёшься?
— Замётано.
Саша убрала телефон в карман и зашла в метро. Упала в вагоне на сиденье рядом с какими-то болтливыми тьмирьцами и предалась ностальгии о том, как точно так же шесть лет назад уехала от Ильи в Невгороде, сунув ему на прощание в карман пятитысячную купюру.
«Если бы виджевала, во что оно выльется, ни за что бы не стала тратить деньги на этого козла, — мечтательно посетовала Яхонтова. Потом добавила: — Нет, стала бы. Кто бы ещё так мозг сносил, как он. Это не бабочки в животе, это грёбаные хищные сороконожки».
Выйти на площадь и дошлёпать до памятника, своим фаллическим видом ярко напомнившего другую, взятую давным-давно вертикаль, стоило Саше немалых сил. Она была взвинчена сильнее некуда, несмотря на приветливый солнечный денёк. За вчера в Люжане распогодилось, вылезло скупое февральское светило, и даже худо-бедно повеяло весной. Саша краем уха слушала серенады танцующих вокруг голубей и думала о том, что в Балясне пока ещё можно устраивать горнолыжные спуски прямо на улицах, а на дорогах — слаломные трассы. И в сравнении с нею был почти апрельский Люжан.
От романтичных мыслей Сашу отвлекло сообщение «Юничата»:
«Посмотри назад».
Ya-Sanchez: Яхонтовы не оглядываются.
— Оно и видно, — игриво проворчал ей в спину нежный голос. — С осмотрительностью у твоего рода в целом неважно, Саша.
Яхонтова резко обернулась и тут же оказалась притянута за шарф к мягким, сладким и настойчивым губам. Вкус оказался шоколадно-кофейным, и Саша поняла, что Айвазов перед встречей успел подкрепиться десертом. Обнимая маленькие мускулистые плечи под шерстяным пальто, Саша оценила, как подтянулся и насколько крепче стал дич за прошедшие месяцы. Он не соврал, когда сказал, что основательно готовится к встрече с Борзым. Саша нехотя отлепилась от жадных тёмных губ, поймала на себе пылающий, полный неприкрытого вожделения взгляд Ильи, заметила, что оделся он тоже вполне повседневно, а также длинный пластырь на вспухшем правом виске.
— Ну что? Получил? — Яхонтова злорадно ощерилась, невесомо провела коготками по его недавней ране.
— То, что хотел? Почти, — невозмутимо ответил Айвазов и снова притянул её к себе, прихватив ладонями за ягодицы. — Ты умопомрачительно выглядишь.
— Ч-чёрт, — шикнула Саша, опасаясь за свежесть своих ажурных трусиков. — Давай потом. Ты обещал…
— Я помню. Но я так истосковался. — Он выпустил её задницу, притом крепко сжав ладонь, и замер, жмурясь на солнечные блики, хватая воздух ртом. Саша про себя удивилась: дич никогда прежде не проявлял особой нежности. Впрочем, сейчас было понятно, почему.