Начало Руси. 750–1200
- Автор: Франклин Симон, Шепард Джонатан
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: Дмитрий Буланин
- ISBN: 5-86007-234-1
- Переводчик: Дмитрий Михайлович Буланин
- Жанр: История
Электронная книга - «Начало Руси. 750–1200». Краткое содержание книги:
3. Военная сила
По отдельности братья были слабы. Поскольку не существовало надежной системы передачи престола, то и лояльность носителю верховной власти не переходила по наследству автоматически, и каждому претенденту приходилось начинать сбор сторонников фактически на пустом месте. В случае конфликта вооруженные силы князя составлялись теоретически из трех групп: из его личной охраны, ополчения жителей его «города», воинов со стороны. Все три группы были необходимы при любом крупном столкновении, но только на первую из них — на личную охрану князя — можно было более или менее положиться. Все источники рассматриваемого периода свидетельствуют о том, насколько судьба каждого князя зависела от его способности постоянно пополнять свои вооруженные силы за счет вербовки местных и иноземных солдат.
Обычно военные силы князя носят название дружины. Это был гибкий термин, обозначавший различные виды войск разного состава.[376] Ядро дружины, постоянная личная свита князя (иногда именуемая «малой дружиной»), могла насчитывать от пары дюжин до пары сотен воинов, в зависимости от богатства и положения князя. Этого числа хватало для повседневной охраны князя, обеспечения порядка и управления,[377] но при раздробленности земель этой «малой дружины» отдельного князя было недостаточно для серьезных боевых действий. Когда дружина Владимира покинула Бориса, он остался с одной личной свитой и явился легкой добычей для убийц. Глеб выехал из Мурома с «малой дружиной», так как не подозревал никакой опасности.[378] В конце того же столетия, в 1094 г., Владимир Мономах, внук Ярослава, отступал из Чернигова в Переяславль в сопровождении меньше сотни воинов. В 1097 г. князь Давыд Игоревич скитался по западным землям также примерно с сотней воинов.[379] В 1093 г. новый киевский князь, по идее — самый могущественный во всех землях, хвастался, что может выставить 700 отроков, в число которых, вероятно, входили и его люди из прежнего удела в Турове.[380] Приведенные цифры типичны для данного времени. Они сопоставимы со сведениями, относящимися к англо-норманскому периоду истории Англии.[381]
На протяжении всего домонгольского периода в большинстве конфликтов между князьями (а таких конфликтов было очень много) действовали сравнительно небольшие группы воинов, скорее, вооруженные отряды, которые ни в коей мере не обладали ни численностью, ни сложной системой тылового обеспечения, которые связываются с понятием «армия». Учитывая огромные пространства земель русов, мы поймем, что князь со своим личным отрядом должен был отличаться высокой мобильностью. Владимир Мономах, в начале XII в. описавший свою жизнь, вспоминает, что совершил на своем веку немало походов: «А всех путий 80 и 3 великих, а прока не испомню менших».[382] В большинстве этих «путий» он выступал в качестве некоего бродячего пристава-исполнителя: собирал дань, защищал обиженных родичей и усмирял родичей-обидчиков. Личная охрана князя была слишком большой ценностью, чтобы подвергать ее опасности в настоящих сражениях. Династические распри часто приводили к вооруженному противостоянию, однако серьезные битвы происходили довольно редко. Сойдясь, соперники на глаз оценивали силы друг друга, и слабейший отступал. Гораздо больше споров разрешалось при помощи демонстрации силы, чем путем ее применения. Таким образом, боевой дух оставался на высоте, но кровопролитие ограничивалось. Примерно до середины XI в. в летописях появляются рассказы о поединках; возможно, эти сведения восходят отчасти к героическим преданиям, но, возможно, отражают и реальную практику. Единоборство позволяло убедительным образом определить исход битвы без самой битвы, с оружием в руках разрешить спор при минимальных потерях.[383]
После победы при Листвене в 1024 г. Мстислав, по сообщению летописи, произнес такие слова: «Кто сему не радъ? Се лежитъ сѣверянинъ [союзники Мстислава], а се варягъ [союзники Ярослава], а дружина своя цѣла».[384] Забота о дружине была одним из высочайших достоинств, восхваляемых в летописях. Владимир «любя дружину, и с ними думая о строи земленѣм, и о ратехъ». Князь угощал своих людей и даже велел выковать для них серебряные ложки.[385] Такой хвалебный тон в рассказах о дружине неудивителен, если вспомнить, что кое-кто из дружинников был в числе информаторов летописца.[386]
376
Ледяева С. Д. Очерки по исторической лексикологии русского языка. Кишинев, 1980. С. 14–18. Термин относился не только к княжескому эскорту. Ср. «дружина Ратиборя» (ПВЛ. Т. 1. С. 148. Год 1095/6603).
377
Об эволюции дружины см.: Halbach U. Der russische Furstenhof vor dem 16. Jahrhundert: Eine vergleichende Untersuchung zur politischen Lexikologie und Verfassungsgeschichte der alten Rus'. Stuttgart, 1985. S. 94–113. (Quellen und Studien zur Geschichte des dstlichen Europa. Bd 23); Горский А. А. Древнерусская дружина. M., 1989.
378
ПВЛ. Т. 1. С. 92.
379
Там же. С. 179.
380
Там же. С. 143.
381
См., например: Prestwick J. О. The Military Household of the Norman Kings // Anglo-Norman Warfare / Ed. M. Strickland. Woodbridge, 1992. P. 100–105.
382
ПВЛ. T. 1. С. 162.
383
О повсеместном распространении обычая избегать битвы см., например: Bradbury J. Battles in England and Normandy, 1066–1154 // Anglo-Norman Warfare. P. 183–184; Ibn Rusta. Kitab al-A'lak al-nafisa [Книга драгоценных камней] / Ed. T. Lewicki // Zrodla arabskie do dziejow slowiariszczyzny. Wroclaw; Warszawa; Krakow; Gdansk, 1977. T. II. 2. P. 40–41; tr. Ibn Rustah. Les autours precieux / Tr. de G. Wiet. Le Caire, 1955. P. 164 — здесь говорится о единоборствах, практиковавшихся среди русов в период около 900 г. Дальнейшие сведения о единоборстве и судебных поединках у восточных славян см.: Brang Р. Der Zweikampf im russischen Leben und in der russischen Literatur // Zeitschrift fOr slavische Philologie. 1961. Bd 39. S. 315–324.
384
ПВЛ. Т. 1. С. 100.
385
Там же. С. 86.
386
О возможном происхождении некоторых из этих историй см.: Stender-Petersen Ad. Die Varagersage als Quelle der altrussischen Chronik. Aarhus, 1934; Лихачев Д. С. Повесть временных лет: Историко-литературный очерк // ПВЛ. Т. 2. С. 14–36; Рыбаков Б. А. Древняя Русь: Сказания, былины, летописи. М., 1963. С. 336–345.