Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925
- Автор: Громова Наталья Александровна
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Эллис Лак
- ISBN: 978-5-902152-83-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925». Краткое содержание книги:
Дан развернутый комментарий, приведены редкие, впервые публикующиеся фотоматериалы.
И невольно приходит мысль — не проснулась ли принцесса-любовь к женщине в его душе, тоска по женщине, по женской душе, не определенно к какой-нибудь одной женщине, а вообще…. Слишком определенно сегодня чувствовалось в нем его мужское начало, чего никогда не было раньше. Не чувственность и не страстность, а что-то более высокое, но определенно мужское, в противоположность нам — женщинам. Странно, но хорошо…
…Сегодня впервые он произнес мое имя «Зина», правда, не в обращении ко мне, а к Оле. «Как ты называешь Зинаиду Антоновну, Зина?» Смешной и милый! Коля…. Нет, слишком еще странно звучит это слово.
После обеда пошла к Оле. Вместе с нею ушли далеко по линии. Зимний день догорал. Везде по снегу ложились голубые и лиловые тени. Неба было много, и оно смотрело кротко и тихо, нежно бледнеющее, странными легкими перистыми облачками. Говорили не о настоящем, а о прошлом, о Москве. Оля вспоминала свое, подмосковные дачи, где она жила у Добровых, лес, луга, полные цветов, внезапный порыв ветра перед грозою, прогулки с Варварой Григорьевной, рыжики, общество Радости. И все, что она говорила, я сейчас же ясно видела, как будто сама там была. Она удивительно верно и хорошо рассказывает. Потом вернулись к ней домой, выпили чаю и пошли в театр. Светил тонкий маленький месяц, но был прикрыт кисеей облаков и казался утомленным.
8 театре шло сборное. «Самсоники» — прелестная, смешная комедия, акт из «Мазепы» Чайковского — сцена Кочубея в темнице, потом оркестровая вещь — сюита из балета «Лебединое озеро» и немного пения и танцев.
Все было хорошо. От души смеялась, с наслаждением слушала музыку и пение. С Олей много разговаривали потом друг о друге. Ей трудно. О нем она не может понять, в чем дело. Мешает ли ему посторонняя причина или его собственное бессилие, душевная пустота. Она молится: «Господи, пусть будет женщина, тогда все будет ясно и понятно». И тут же спрашивает: «Но почему он не сказал мне об этом раньше? Я бы не подходила к нему так близко, и ему не было бы так больно». Бедная моя девочка, не у всех людей есть мужество говорить и слушать правду, это, во-первых, а во-вторых, я лично думаю, что там женщины нет, и что после болезни он возродится духовно и станет силен. До кризиса она ходила к нему, теперь не ходит, написала письмо, что ни о чем не надо говорить, и попросила сестру отдать, когда он совсем будет здоров. И тоскует, тоскует, потому что ведь на самом деле говорить надо, надо до самых глубин все выяснить. Но я верю в то, что все это придет само собою. Оля сильная!
Милый, милый, любимый детеныш и друг мой, Лис, такой «радостью жизни» одарило меня твое вчерашнее письмо. Бог пусть воздаст тебе за него радостями, удесятеренными и теми, каких чаешь, и нечаянными. Я жила в большом терпении и не подозревала, какой великой тяжестью накопилась на душе тоска и тревога за вас. И только получивши письмо и такое недавнее, от 3 марта, увидела, как я голодала это время и голодала без Воронежа и Москвы, невзирая на то, что Киев добр ко мне. И в последнее время[339] жизнь моя с 15 января идет в кругу милых лиц — Алла, Леля, Инночка[340] — они со мною и наполняют дни мои заботами и старческими радостями, видеть цветение молодости и чем-то ей быть полезной.
Раз в неделю собирается наш Ибсеновский[341] кружок. Ибсена уже кончили, переходим к Метерлинку. Были хорошие рефераты о быте, о воле, о свободе, о правах и обязанностях личности. Аллочка написала интересно о Гедде Габлер, Таня Березовская (Шестова) о Юлиане Отступнике[342] — очень умно и уже почти учено, она серьезно занимается философией, слушает лекции в университете и с отцом проходит Шопенгауэра (отец — философ)[343].
Мило, как все, что она делает, рассказала Наташа свои зеленые соображения о «Строителе Сольнесе»[344]. И всегда мне недоставало при этом до грусти тебя и Анечки.
Ты знаешь, она вышла замуж за авиатора, немножко поэта и, кажется, много неврастеника Колю Бруни[345]. Всем от этого было грустно, Аня же сияла.
У Машеньки уже новое дитя. Она в Норвегии. Аллочка собирается в Москву. И все уже упаковано, но вести из Москвы такие, что заставили ее призадуматься и отложить на некого-рое время сборы: говорят крыс и собак продают, холод… Она послала телеграмму за 31 рубль, длинную со всякими вопросами в Театр и теперь на чемоданах ждет ответа.
339
…в последнее время… — В Киеве уже многократно сменилась власть. С 5 февраля 1919 г. войска Петлюры были выбиты из города частями Красной Армии. Украинскими частями командовал Николай Щорс. Так продолжалось с февраля по 31 августа 1919 г.
340
Алла, Леля, Инночка — Алла Тарасова, Леля (Елена) Тарасова, Инночка — личность установить не удалось.
341
Ибсеновский кружок — аналог московского «Кружка радости», возобновленному в Киеве.
342
Юлиан Отступник. — Первый роман трилогии Д.С. Мережковского «Смерть богов. Юлиан Отступник» вышел в свет в 1896 г. В 1901 г. была издана вторая часть — «Воскресшие боги. Леонардо да Винчи». Завершающий роман — «Антихрист. Петр и Алексей» — вышел в 1905 г.
343
Таня Березовская (Шестова)… серьезно занимается философией, слушает лекции в университете и с отцом проходит Шопенгауэра (отец — философ). — «В Киев Шестовы приехали, вероятно, 5 июля 1918 г. Их приняли к себе Софья Исааковна и Даниил Григорьевич Балаховские, которые жили в великолепной квартире из 10–12 комнат на Трехсвятительской улице — теперь улица Героев Революции (вероятно, д. 41), с чудесным видом. Дом стоял на высоком берегу Днепра, недалеко от Андреевской церкви. Он был выстроен до войны отцом Даниила Гр. для семьи Балаховских. Даниил Гр. и Софья Ис. Занимали весь третий этаж. Анна Ел. с детьми поехала на летние месяцы в Крым. Осенью Наташа поступила в гимназию Жекулиной, а Таня — в Университет на филологический факультет» (Баранова-Шестова Н. Т. 1.С. 159–164).
344
«Строитель Сольнес». — пьеса Г. Ибсена.
345
…неврастеника Коли Бруни. — В.Г. Малахиева-Мирович в своем дневнике за 1934 г. писала об Анне Бруни: «<…> жестоко сложилась ее судьба, соединившая ее с безмерно эгоистичным, легкомысленным и неудачливым человеком, вдобавок страдающим манией величия. От него у нее шесть человек детей, безысходная нужда, чернорабочий обиход и туберкулез легких. По наружности, как и мать — из типа Мадонн. Итальянки правильное кроткое, небесной чистоты личико. В соответствии с ним и в тяжкой повседневности ангельская кротость и терпение, верность мужу "до гробовой доски". Не единой жалобы. Одну из дочерей Анички (их пять!), самую хилую и карликового роста, Агнию, мою крестницу, бабушка Татьяна Алексеевна взяла на воспитание и тоже восемь лет убивалась над ее болезненностью. Теперь девочка стала поправляться, расти и отличается большой жизнерадостностью».