Воспоминания
- Автор: Дудаков Валерий Александрович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Пробел-2000
- ISBN: 978-5-98604-777-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Воспоминания». Краткое содержание книги:
Сейчас он, можно сказать, старейшина этого собирательского цеха. Четверть века проработав художником-оформителем, в том числе главным художником фирмы «Мелодия», он изменил в 70-е годы стиль оформления грампластинок.
Его давние отношения с выдающимися советскими композиторами Шостаковичем, Хачатуряном, Щедриным, музыкантами Гилельсом, Ростроповичем, дирижерами Светлановым, Рождественским позволили ему быть своим и в мире музыки.
В. А. Дудаков был в дружбе со многими художниками-нонконформистами, участвовал в их выставках в Горкоме графиков.
Искусствовед, автор пяти книг по искусству, сценарист и ведущий фильмов о художниках конца XIX – начала XX века, он также много и плодотворно пишет исследовательские статьи, участвует в поэтических сборниках. Его воспоминания – это эпоха, так недавно нами прожитая.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Последние годы местом наших встреч стали похороны и тризны. Нашего учителя, любимого преподавателя, крупнейшего ученого с мировым именем Дмитрия Владимировича Сарабьянова. Блестящего ученого, знатока архитектуры и борца за сохранение наследия ее в нашей стране Алексея Ильича Комеча. Реставратора «всея Руси» Саввы Васильевича Ямщикова, моего друга. Лидии Ивановны Иовлевой, заместителя директора Третьяковской галереи. Вити Шередеги, неутомимого защитника облика Москвы и древнерусских городов. Художников, поэтов, коллекционеров, искусствоведов, просто добрых друзей – мартиролог бесконечен.
Когда-то с Соней Черняк и Анатолием Брусиловским мы в «Новом Эрмитаже» устроили «под занавес» выставку «Пантеон русского андеграунда». Были замечательные портреты-фотосъемки Брусиловского, под каждым одно-два произведения запечатленных на снимках художников, включая и трех поэтов. Из тридцати ровно половины уже тогда не было в живых. Что же говорить о сегодняшнем времени. Моих сверстников – и тех осталось не много, всем восьмой десяток пошел. Хорошо, что не забыты мастера прошлого. Чествуем их, поклоняемся таланту. Малевич, Татлин, Шагал, Кандинский, Попова, Веснины, Ларионов – Гончарова. Сколько с ними связано в Москве. Потому и наведываемся в Немчиновку, Трехпрудный, Зубовскую площадь, Остоженку, Кривоарбатский. Показываем друзьям, студентам, любителям искусства. Пишем статьи и книги, открываем выставки, снимаем фильмы.
Меж суеты ежедневных дел: стихов, бассейна, ссор, встреч, выставок, дачных пререканий со сторожем-бездельником готовилась выставка в армянском «Тапане» и, главное, в Саратове «шестидесятников», куда отправились семьдесят работ в начале марта. Открытие намечалось в домике П. В. Кузнецова 14 марта, а 15-го – мой вечер с рассказом о коллекции и чтением стихов. Вспоминаю, как по случайному недоразумению я еще при жизни художника не попал в его мастерскую в Москве, куда нас водил Д. Сарабьянов. Гораздо позже, уже в семидесятые годы, мне через «якиманскую» (тогда ул. Димитрова) комиссионку достались черно-белые рисунки с павлинами, арыками и восточными деревьями, чайханами и развалинами древности. Сколько же за эти годы ушло из рук, какие блестящие гуаши, акварели – поколение нынешних собирателей не поверит.
Восьмого марта справляли Масленицу, накануне был яркий весенний день, температура поднялась с минус двенадцати до плюс двух. Традиционно вручил Марине огромный букет тюльпанов, раззвонил с поздравлениями девицам, «музейным» по возрасту и «музейщикам» по должности. Писалось в эти мартовские дни легко и днем и ночью, особенно на даче. Чистые дорожки, густой «невпроворот» воздух, яркое солнце «для увеличительного стекла» (так в детстве поджигали старую траву), Фабка с ее рыком на чужих – все отгоняло традиционную весеннюю депрессию. За Игоря все равно переживал, Косте подарил гравюру Пиранези и «Натюрморт с рыбками» Люрса – все для интерьера, уж точно не дешевое. Вскоре услышу «благодарность» в словах, которые не перескажешь. Не впервой.
Пятнадцатого марта отправились с Мариной в Саратов. Удивительно удобные, чистые СВ, с газетами, телевизором, все необходимое для сна и вкусный ужин. Завтрак не хуже. Писалось легко. В эту зиму Саратов был завален снегом, сугробы по вторые этажи домов, сосульки с крыш касались тротуаров. Сейчас снег отлеживался на обочинах и скверах, подчистили, как могли. Остановились в гостинице «Словакия», на берегу, у пристаней. Вскоре появилась Наташа Якунина, главный хранитель, ставшая нашим другом и опекуном. Радищевский музей считается первым и лучшим из провинциальных, основан А. П. Боголюбовым, внуком Радищева, выстроен как музей за два года, открыт в присутствии Александра III, а Боголюбов был приглашен на открытие музея Александра III (Русского музея), и по сейчас саратовский музей находится в федеральном подчинении.
Коллекция его примечательна не только работами Боголюбова и его друзей-передвижников, но и как отечественными классиками, так и «модернизмом», и, прежде всего, работами мастеров «Голубой розы», объединения символистов, многие мастера которого происходили из Саратова: живописцы П. Кузнецов, П. Уткин, скульптор Матвеев, близкий к объединению К. Петров-Водкин и В. Борисов-Мусатов – предтеча и «образец». В экспозиции работы современников – Серова, Коровина, Грабаря, Бенуа, Архипова, Малявина – цвет отечественного искусства рубежа XIX–XX веков. Работы «голуборозовцев» исключительного качества. Не забыты и «авангардисты» и «всезначимые» – Малевич, Розанова, Школьник, – и «местные» – Юстицкий, Егоров.