ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы

Согласно закону, тот, кто был официальным сотрудником или зарегистрированным агентом тайной полиции, не мог занимать некоторые посты в демократической Чехословакии, а впоследствии — в Чешской Республике. К ним относятся избираемые и назначаемые должности на федеральном и республиканском уровне (за исключением депутатов парламента); военные звания начиная с полковника и выше; руководящие должности в госпредприятиях и акционерных обществах; руководящие посты в Чехословацком, Чешском и Словацком радио и телевидении, в официальном пресс-агентстве; высшие академические, судейские и прокурорские должности (§ 1).

Претенденты на эти позиции были обязаны запрашивать в Министерстве внутренних дел «люстрационные удостоверения» (в них говорилось, сотрудничал ли тот или иной человек с органами госбезопасности коммунистической Чехословакии) и подавать письменные заявления о своей непричастности к деятельности других репрессивных институтов, перечисленных в законе. Контроль за исполнением закона был возложен на независимую комиссию при МВД, утвержденную Федеральным собранием. Два члена комиссии назначались министром внутренних дел из числа его сотрудников, по одному — директором Федеральной службы информационной безопасности и министром обороны, остальные шесть — чешским и словацким Национальными собраниями. Существовала возможность судебной апелляции[668]. Председателем созданной в феврале 1992 года независимой комиссии был назначен бывший политзаключенный, правозащитник, один из подписантов гражданской декларации «Хартии 77» Ярослав Башта[669].

Комиссия занималась главным образом разбором случаев, связанных с доказательствами осознанного сотрудничества с СТБ (§ 11, 12, 13). По закону санкция за негласное сотрудничество распространялась на резидентов, агентов, содержателей конспиративных (явочных) квартир, информаторов и идеологических сотрудников госбезопасности (§ 2 (b)). Отдельную категорию составляли так называемые «сознательные сотрудники» (§ 2 (с)). К ним были отнесены граждане, которые в документах секретных служб были зарегистрированы в качестве «доверенных лиц, кандидатов на секретное сотрудничество или секретных сотрудников по конфиденциальным контактам и знаниям». Эти люди знали, что они были «в контакте с членом Корпуса национальной безопасности и передавали ему информацию посредством тайных контактов или выполняли поставленные им задачи» (§ 2.2). Факты осознанного сотрудничества должны были быть доказаны документальными свидетельствами о том, что люди, отнесенные к данной категории, действительно знали: они состояли на связи с оперативным работником, предоставляли ему информацию или выполняли другие задания[670].