Шолохов: эстетика и мировоззрение [litres]

Государство, пришедшее на смену царской России, нуждалось в новом интеграторе. Набор марксистских идеологем не мог быть универсальным средством для идеологического скрепления общества. Надо отдать должное советской власти: в нужное время она не стеснялась использовать идеи, казалось, ушедшие в прошлое. Классическим в этом смысле выглядит обращение Сталина к православной лексике и православным ценностям в Великую Отечественную войну. Но и выход на первый план понятия н а р о д а в 30-е годы также было сознательным актом со стороны власти. Другой вопрос, что семантический и морально-психологический потенциал данной категории был много шире тех задач, которые преследовались властью. В области культуры данное понятие явилось одним из ключевых, замещающим многие другие, включая в себя представление о новом (положительном) герое, новых конфликтах и т.п.

Затертое донельзя догматическим советским литературоведением, не вкладывавшим в него никакого конкретного смысла, кроме ритуальных заклинаний о народном благе и народном счастье, оно, это понятие, нуждается в известном очищении для понимания того, как оно повлияло на важную проблему г у м а н и з м а в русской культуре.

Кратко упомянем в этой связи об особенностях общинной организации жизни российского крестьянства, которая имела в большей степени не экономическое, но социально-психологическое и духовное значение и определяла механизмы формирования общинной (родовой) психологии и миропонимания. Но в своем идеологическом развитии община (общество) чаще всего именовалась и понималась как м и р русских людей, как соединенный русский народ. Поэтому именно русское крестьянство («хрестьянство») имело более всего прав на выражение интересов и взглядов большинства населения России, а также имело в своем идеологическом багаже такие генерализующие этические начала, какие, пробиваясь через господствующий индивидуалистический дискурс, легли в основания г у м а н и з м а родового типа.

Как теперь очевидно, развитие индивидуального самознания и соответствующих форм репрезентациии индивидуального поведения в русском обществе было во многом иным, нежели в западноевропейской традиции. Это определяется реализацией в российской цивилизации православной линии развития христианства, которая не была подвергнута реформированию в пользу высвобождения индивидуальных потенций человека, в том числе в отношениях с Богом, с одной стороны, а с другой, Россия не пережила периода интенсивного развития социальной и общественной жизни, который может быть определен как явление Ренессанса в широком смысле.