Князь Меттерних. Человек и политик
- Автор: Рахшмир Павел Юхимович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ЛитРес: Самиздат
- ISBN: 978-5-532-96302-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Князь Меттерних. Человек и политик». Краткое содержание книги:
Впервые на уровне международного конгресса в Вене обсуждались проблемы прав человека. Пусть до их решения дело не дошло, но само по себе это было примечательным событием. Речь шла о работорговле и о гражданских правах евреев в Германии. Конгресс осудил торговлю людьми, но не запретил ее. Меттерниху и Гарденбергу не удалось преодолеть сопротивление представителей малых германских государств, возражавших против принципа полноправия еврейского населения.
Хотя в ходе конгресса его участники не раз в прямом и переносном смысле хватались за шпаги, в конце концов многочисленные противоречия и разногласия были в той или иной мере урегулированы. Безусловно, многие остались недовольны этим урегулированием, тем не менее, по словам Г. Киссинджера, «не было ни одной державы настолько неудовлетворенной, чтобы предпочесть открытое разрушение созданной в Вене конструкции попыткам ее совершенствования изнутри»[440].
Стоит отметить, что сами создатели нового европейского эквилибра недооценивали эффективность собственного творения. Так, Генц ожидал новой большой войны лет через пять после окончания конгресса, Каслри — через десять. Между тем, вплоть до Крымской войны, т. е. почти 40 лет, великие державы не воевали друг с другом. Правда, создание Германской империи и Итальянского королевства разрушило меттерниховскую Европу. Окончательно похоронила ее Первая мировая война. У О. Мандельштама были основания писать в 1914 г.:
Наполеоновская Франция своим стремлением господствовать над всей Европой, если пользоваться современной терминологией, формировала однополюсный европейский мир. Парижу предназначалась роль его эпицентра. Венский конгресс возводил на месте рухнувшей империи Наполеона многополюсную европейскую конструкцию.
Такого рода идеи и представления с разной степенью определенности созрели у британского премьер-министра У. Питта, российского императора Александра I. В 1813 г. мысль о «концерте европейских держав» становится доминантой политических воззрений Меттерниха. Она отлилась у него в такую эффектную формулу: «Мы всегда должны рассматривать сообщество наций как существенную предпосылку современного мира»[441].
Сам он ощущал себя европейцем. В письме к герцогу Веллингтону он в 1824 г. писал: «Давно уже я чувствовал, что моей родиной была Европа». Вообще аристократизм как таковой во многом предопределял космополитическое отношение к миру. Не только монархические дома, но и множество знатных семей из различных стран Европы были связаны между собой родственными узами. Вполне естественным считалось служение аристократа одной страны при дворе зарубежного государя на дипломатической или военной службе. По разным странам могли быть разбросаны владения титулованных особ. Не преувеличивая степени аристократического «интернационализма», следует признать, что благодаря сословному корпоративному духу людям этого круга было легче найти взаимопонимание в политической сфере. Примером чему может служить и Венский конгресс.
Нет ничего удивительного в том, что едва ли не самым последовательным европейцем оказался австрийский канцлер, к тому же еще рейнландского происхождения. Габсбургская империя с более чем десятком объединенных под ее скипетром наций сама представляла собой «мини-Европу». Она была наиболее уязвима для национальных движений. Недаром известный британский историк А. Дж. П. Тэйлон называл австрийское государство «обширной коллекцией Ирландий».
440
Kissinger Н. A. Op. cit. Р. 173.
441
McGuigan D. Op. cit. Р. 512.