Князь Меттерних. Человек и политик
- Автор: Рахшмир Павел Юхимович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ЛитРес: Самиздат
- ISBN: 978-5-532-96302-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Князь Меттерних. Человек и политик». Краткое содержание книги:
Сам Наполеон пытался завязать контакт с Австрией, в частности через барона Стассара, выходца из Бельгии, служившего интендантом. Тому удалось добраться до Линца, где он попал в руки полиции. Меттерниху доставили письмо Наполеона, но он на него не ответил. Однако через посредников, принца Евгения Богарне и баварского маршала Вреде (Стассар оказался в Мюнхене), Меттерних просил передать императору устно следующее: если он отдастся в руки тестя, Франц примет все меры, чтобы обеспечить трон внуку[428]. Едва ли этой истории следует придавать большое значение, тем не менее в ней тоже отразилась неоднозначность позиции Меттерниха по отношению к принципу легитимизма.
Что касается вопроса о регентстве, то он принял непредвиденный для участников игры оборот. Та, кому предназначалась ведущая роль в этом сценарии, императрица Мария Луиза, неожиданно отказалась ее играть. Всеведущий Меттерних еще не знал, что она увлеклась приставленным к ней кавалером, генералом графом Нейпергом, чья супруга только что умерла. Мария Луиза боялась Меттерниха и не решалась открыться ему. Доверилась она барону Вессенбергу, дипломату, критически относившемуся к канцлеру. Она писала ему о трех долгих беседах, сначала с Меттернихом, затем с царем и, наконец, с отцом. Она опасалась за Нейперга и за себя. Вряд ли она знала о переговорах в Базеле, но не так уж трудно было догадаться, почему к ней стали вдруг проявлять повышенное внимание.
После Ватерлоо Наполеон отрекся в пользу сына, который должен был стать Наполеоном II. В письме от 4 июля Мария Луиза просит Вессенберга передать Меттерниху, что она «решила никогда не возвращаться во Францию и тем более не принимать регентства»[429]. Позднее, 26 июля, в письме уже непосредственно самому Меттерниху она пишет: «Я с искренним удовлетворением услышала о входе войск союзников в Париж и возвращении Людовика XVIII, что положило конец моим заботам, так как я решила ни при каких условиях и никаких политических видах не возвращаться во Францию. Я отдаю защиту моих интересов вашей доброй воле»[430].
Бывшая императрица готова довольствоваться герцогством Пармским, и Клеменс приложил немало усилий, чтобы она его получила. Расстроена была Элеонора, желавшая видеть на троне маленького Наполеона II, с которым играл ее двенадцатилетний сын Виктор[431]. О еще одной упущенной возможности сожалел и Генц. Было бы упрощением объяснять неудачу планов регентства исключительно негативной позицией Марии Луизы и ее отца, но, бесспорно, наряду с прочими причинами, это обстоятельство сыграло свою роль.
V
Работа конгресса на фоне «ста дней» проходила довольно быстро. Усилия Меттерниха были сосредоточены на германских и итальянских делах. В его замыслах они были взаимосвязаны как два элемента большого плана. Он пытался одновременно укрепить позиции Австрии как европейской державы первого ранга и максимально обеспечить равновесие сил в Европе. Ему удалось помешать Пруссии, опиравшейся на поддержку России, изменить соотношение сил в Германии в свою пользу. В конечном счете это способствовало и эквилибру в европейском масштабе.
Тот факт, что Пруссии не удалось поглотить Саксонию, в немалой мере обусловило решение германского вопроса по модели, соответствующей австрийским интересам. Если Пруссия стремилась привнести в Германский союз жесткие связи, определенные элементы унитарного подхода, то Меттерних предпочитал сравнительно слабые внутренние узы. Это обеспечивало Австрии поддержку многих германских суверенов разного ранга, опасавшихся прусских централистских устремлений. Меттерних прекрасно понимал, что в более тесном союзе германских государств Пруссия будет иметь преимущество перед многонациональной, пестрой по своему составу Австрийской империей. А то обстоятельство, что германские суверены видели в Австрии защитницу от прусской экспансии, давало империи серьезные преимущества в германских делах.
Вновь возникал вопрос о воссоздании Священной Римской империи германской нации. К этому Франца I побуждали со многих сторон, в том числе и германские патриоты, жаждавшие единства. Император Франц I заколебался. Решающей оказалась позиция, а точнее сказать, оппозиция Меттерниха. Он видел, что подорваны основы былой империи: исчезли церковные княжества, рыцарство. Пруссия достигла того же статуса, что и Австрия. Г. фон Србик склонен объяснять линию Меттерниха его приверженностью к идее баланса сил. Создание мощной германской империи нарушило бы равновесие в Европе, вызвало бы противодействие всех других великих держав. Говорил Србик и о том, что, по мысли Меттерниха, немецкий народ и своей природой, и своей историей обречен на разъединение[432].
428
Bertier de Sauvigny G. de. Op. cit. S. 265–266.
429
Corti E. C. Op. cit. S. 519.
430
Ibid. S. 523.
431
McGuigan D. Op. cit. P. 489.
432
Srbik H. R. von. Op. cit. Bd. 1. S. 197–198.