Электронная книга - «Конец партии: Воспламенение (СИ)». Краткое содержание книги:
- Последнее время все просто горят желанием сделать мне интересное предложение, - усмыхнулась я, поднимая руки и подпирая ладонями затылок; одеяло слегка съехало вниз, но мне было лень его поправлять. - А у тебя что?
- Приедем - расскажу, - таинственно проговорил Камиль, скользя взглядом по моему лицу. - А не боишься?
Больше всего я боялась даже не теней, а этого вопроса. Потому что не могла ответить на него честно, как бы ни желала.
- Нет, - ответила я поспешно и, заметив мелькнувшее недоверие на лице Камиля, поправилась, - когда я не одна.
- Понимаю, - кивнул он. - Я тоже редко чего боюсь, когда я не один.
“Жаль, не разработали многоместных гильотин”, - чуть не ляпнула я, и у меня внутри с новой силой что-то скрутило. Даже если мы будем действовать сообща, даже если так случится, что мы сообща проиграем, перед лезвием, острым и безжалостным, мне все равно придется предстать в одиночестве. И эта мысль оказалась куда хуже, чем все предыдущие, посетившие меня в сегодняшний вечер. Захотелось в голос заплакать.
- Эй, ты что? - я не сразу поняла, что Камиль совсем низко склонился надо мной, обеспокоенно заглядывая мне в глаза. - У тебя такой вид, будто ты…
Я представила всего на секунду, что будет со мной, если он сейчас уйдет, оставив меня одну с моими страхами, которые вновь накинутся на меня, и самый жуткий из них будет свистяще пришептывать мне в ухо: “Всего лишь дуновение ветерка…” Этого мне хватило, чтобы приподняться от подушки, обнять Камиля за плечи и прижаться к нему, дрожа, попросить позорно срывающимся голосом:
- Не уходи.
- А я и не собирался, - внезапно сообщил он и некрепко, но неумолимо прижал к постели. Почувствовав прикосновение горячих губ к своей шее, я растерялась, несмотря на то, что знала, что может последовать за моими словами, и не нашла ничего лучше, кроме как выдать:
- Люсиль меня убьет.
- Люсиль? - подняв голову, Камиль посмотрел на меня с нескрываемым удивлением. Я ощутила, что кожа от его поцелуев начинает почти гореть, и на секунду жгуче пожалела, что он остановился. - Тебя это так беспокоит?
- Ну… - я не могла понять, что сказала не так. - Ну вообще да…
- Святая простота, - рассмеялся он свистящим смехом и одним движением распутал завязки на моей ночной рубашке; я против воли изогнулась навстречу его ладони. - Ладно уж, успокою тебя. Если она и стала бы кого-нибудь убивать, так это меня, но вообще она обычно прощает мне такие маленькие шалости. Такой ответ тебя устроит?
- Ну… - я не знала, что и думать, оставалось только отступить перед его логикой, - наверное…
- Чудно, - резюмировал он и задул свечу.
- Народ требует, чтобы террор был поставлен в порядок дня, но он хочет, чтобы террор был применен к действительным врагам республики и только к ним! Народ не хочет, чтобы всякий, кто родился без революционного пыла, в силу одного этого считался виноватым!
Дантон вернулся, Дантон на трибуне, Дантон снова говорит - и как говорит! Конвент слушал его, затаив дыхание, поддержав блестящую речь дружными овациями. Ощущая, как моя грудь вот-вот взорвется от наполнившего ее восторга, захлопала и я, не обращая внимания на колючую боль в ладонях, но почти сразу замерла, ощутив на себе чей-то холодный, изучающий взгляд.
В наружности мужчины, смотревшего на меня, не было ничего, что я могла назвать привлекательным: лицо у него было бледное и какое-то затертое, будто кто-то провел по нему влажной тряпкой. Только глаза выделялись на этом лице - безучастные и изредка чуть насмешливые, глаза человека, который многое повидал и отнюдь не все из увиденного готов рассказать. Буря, поднявшаяся в зале, заботила незнакомца мало, он смотрел только на меня.
Мне стало не по себе. Я не знала этого человека, и волнение тут же одолело меня. Кто он? Один из подручных Эбера, следит за мной? Или, может, он просто маньяк? Одержимые убийцы водились в изобилии во все времена, а уж в революцию они и подавно повылезали изо всех щелей. Некоторые из них даже забили себе уютные места в Конвенте - один из подобных личностей, угрюмый человек по фамилии Каррье, своим видом не вызывал у меня ничего, кроме ужаса. В свое время я всем телом содрогалась, даже случайно встретившись с Каррье взглядом, и испытала нечто вроде облегчения, когда его отправили комиссаром в один из бунтующих департаментов. Правда, обитатели этого департамента, по моему мнению, были теми людьми, кому меньше всего можно было завидовать.
Странный человек с мутным лицом не отводил от меня взгляда, а, заметив, что я смотрю на него, вдруг выразительно приподнял брови и подмигнул мне. Я опешила. Я понятия не имела, чего от меня хочет этот человек, и совсем не горела желанием выяснять, поэтому резко развернулась и начала торопливо спускаться вниз, в холл.
Он перехватил меня, когда я спустилась с лестницы, и с улыбкой заглянул мне в лицо. Я хотела шарахнуться в сторону, но держал незнакомец неожиданно крепко для своей достаточно субтильной комплекции.
- Как вам речь? - спросил он мягким и вкрадчивым голосом. Таким тоном, пожалуй, ему стоило звать меня на свидание, а не спрашивать, какое впечатление произвел на меня Дантон.
- Очень… монументально, - сказала я первое, что пришло в голову. - Вы не могли бы меня отпустить?
- А вы пообещаете мне, что не уйдете сразу? - улыбка его стала шире.
- Если вы объясните, кто вы и что вам нужно, - ответила я хмуро, примериваясь, как будет удобнее бить его под коленку. От его взгляда, наверное, не ускользнули мои маневры, и он со вздохом выпустил мой рукав.
- Женщины нашего времени так отличаются от тех, что были раньше. Лет десять назад они и подумать не могли, чтобы ударить мужчину, который просто захотел с ними познакомиться.
У меня отлегло от сердца, и я в очередной раз сказала себе, что у меня паранойя. Этот мужчина на склоне лет (теперь, приглядевшись к нему ближе, я увидела, что ему, скорее всего, уже за пятьдесят) просто пришел в Конвент от нечего делать, увидел меня и решил подкатить. Таких мастеров пикапа, к слову говоря, тоже хватало во все времена.
- И вы всегда так держите девушек, с которыми хотите познакомиться? - осведомилась я нахально, не удержавшись от смешка. Он продолжал тянуть губы в улыбке, но во взгляде его не мелькнуло ни малейшей искры.
- Ну, некоторым девушкам нравится, когда их держат… ах да, простите, я забыл представиться, - он вдруг чуть приподнял шляпу и церемонно склонил голову, - Вообще меня знают под именем Луи Сад, но я открою вам небольшую тайну: мое настоящее имя Донасьен.
- Сад? - глупо переспросила я, ощущая, что у меня глаза начинают лезть на лоб. - Сад? Маркиз де Сад?
Последние слова я произнесла в полный голос, отчего на лице моего собеседника появилось испуганное выражение. Не успела я охнуть, как его крепкая ладонь зажала мне рот.
- Ну что вы, гражданка, - проникновенно заговорил он, приблизившись к самому моему лицу, - не стоит сейчас так громко говорить о таких вещах.
“Но это правда вы?” - хотела спросить я, но он не торопился отнимать руку. Вышло что-то вроде “Но эфо пфафда фы?”, но и этого Саду хватило, чтобы меня понять.
- Да, и так меня когда-то называли… но очень, очень давно, когда женщины не били мужчин, желающих с ними познакомиться. Вы больше не будете кричать?
Ошеломленная, я замотала головой. Меня тут же отпустили, и я схватила ртом воздух, подавив искушение отплеваться. Все-таки, наверное, это было бы не слишком вежливо по отношению к моему собеседнику, ведь его самого в какой-то мере заботили правила этикета:
- Итак, я представился, теперь ваша очередь.
- Натали, - пробормотала я, вглядываясь в него с жадностью. - Просто Натали.
- Просто так просто, - легко согласился он. - Зачем нам церемонии? Время церемоний прошло. Настало время действий, и наглядное подтверждение этому я каждый день слышу с трибуны этого богоспасаемого заведения.
- Постойте-постойте, - у меня все еще в голове не укладывалось, с кем я говорю. - Если вы - тот самый де Сад, то вы…