Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

Подводя итог наказу третьего сословия и сравнивая его с наказом дворянства, следует подчеркнуть два основных момента. Во-первых, процесс разложения старых феодальных норм и отношений под воздействием новых капиталистических начал далеко зашел к XVII в. Поэтому как ни мечтало родовитое дворянство о возвратен старому — для старого уже не было места. Экономическая деятельность буржуазии и ее политическая мысль выступали против дворянской реакции. Во-вторых, солидарность чиновничества и буржуазии по многим пунктам наказа не дает оснований отождествлять их в социальном плане. Это была общность интересов различных по своей сути социальных слоев, основывавшаяся на том, что у чиновного дворянства не было в то время причин препятствовать развитию буржуазной экономики, а буржуазия была еще слаба, не уверена в себе, оттеснена на второй план чиновничеством и во многом еще шла у него на поводу.

Была ли выполнима программа третьего сословия в целом? Клонилась ли она к умалению абсолютизма?

На второй вопрос следует ответить отрицательно. Лишь сильная королевская власть могла ликвидировать смуту и укрепить международное положение Франции, выполнив основные пункты буржуазной программы. Она же могла сохранить за чиновничеством его привилегированное положение против требований родовитых дворян. Эти обстоятельства обеспечивали устойчивый роялизм палаты третьего сословия, т. е. верхов среднего чиновничества и буржуазии.

Но в целом программа была невыполнимой. Хотя третье сословие заявило самый решительный протест против гражданской войны, тем не менее чиновничество не желало отказываться от своих важнейших сословных привилегий и уступать свои должности старому родовитому дворянству. Тем самым правительство в своем мероприятии, направленном на удовлетворение основного требования родовитого дворянства— в отмене полетты, было лишено поддержки чиновничества. Финансовая программа третьего сословия делала упор главным образом на сокращение налогов. Третье сословие предлагало абсолютистскому государству существовать на поступления от домена, т. е. на феодальные доходы короны. Это предложение никак не могло быть согласовано с его же требованием усиления королевской власти внутри страны и в Европе. Поэтому эти финансовые проекты были нереальны. Что же касается суммы отдельных конкретных требований третьего сословия, то сравнение их с практикой французского абсолютизма наглядным образом показывает, что именно они, а не дворянские требования, определили многие стороны деятельности абсолютной монархии в ее работе по централизации страны в течение почти всего XVII в.