Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

 та книга в свое время была задумана как введение к большому исследованию по истории Франции первой половины XVII в., центральное место в котором предполагалось отвести периоду правления Ришелье. Этот план и сейчас остается в силе, но вводная часть, не потеряв своего назначения, разрослась в самостоятельный труд. Его объем и характер определились тем, что изучение всех основных проблем истории Франции 1620–1640-х годов оказалось невозможным без подробного рассмотрения периода, предшествовавшего приходу к власти кардинала, и притом не из-за простой хронологической преемственности. Расцвет абсолютизма после 1620-х годов был результатом важнейших сдвигов во французском обществе, происшедших как раз в период междоусобных войн 1614–1620 гг., когда социальные противоречия проявились особенно отчетливо. В силу этого для истории Франции всей первой половины XVII в. второе десятилетие представляется нам своего рода узловым периодом.

Главное внимание в предлагаемой работе уделено изложению политической истории, важность которой давно признана в советской исторической науке и доказана на деле многими ценными трудами. В зарубежной прогрессивной историографии политическая история не пользуется в наши дни почетом, в противоположность истории экономической. Между тем, именно в политической истории, рассматриваемой как проявление глубоких социально-экономических процессов, отражается в своеобразном преломлении вся жизнь страны. В политической борьбе находят свое выражение классовые и сословные противоречия, и она влияет самым ощутимым образом на судьбы миллионов простых людей. Лаже в тех случаях, когда на поверхность вынесена борьба привилегированных групп, корни ее уходят в толщу всего общества в целом, а исход в огромной степени зависит от политической позиции всех слоев населения и особенно народных масс. Поэтому задачей настоящего исследования является выяснение общей обстановки, в которой протекала напряженная политическая борьба 1610–1620 гг. Исход этой борьбы определило соотношение всех социальных сил.

Материал первых двух глав, посвященных процессу первоначального накопления и социальной структуре французского общества, отобран не с целью дать общую картину социально-экономического развития Франции XVI–XVII вв., но лишь для показа характерных для Франции основных особенностей, во многом обусловивших течение всего исторического процесса в этой стране в начале XVII в.

В историографии советской и зарубежной нет больших трудов, специально посвященных интересующей нас теме.[1] Немногочисленные книги и статьи французских историков, касающиеся политической истории 1610–1620 гг., рассматривают преимущественно отдельные эпизоды или являются сводками того или иного круга источников (например, работы Зелле). Разумеется, в каждом большом труде по истории Франции гражданским войнам 1614–1620 гг. уделено немало места (Тьерри, Мишле, Мартен, д'Авенель, Пико, Аното, Пажес и др.). Но большинство историков, по-разному оценивая деятельность Генриха IV, Ришелье, Людовика XIV и др., проявляют почти полное единодушие, когда речь заходит об истории 1610-х годов. Внутренняя политика правительства рассматривается лишь под углом зрения борьбы с аристократией, а дипломатия объясняется ультрамоyтанскими настроениями Марии Медичи и Людовика XIII. Междоусобные войны этого периода изображаются преимущественно следующим образом: два крупных деятеля правили Францией, в первой половине XVII в. — Генрих IV и Ришелье; после смерти Генриха IV были отвергнуты и забыты все славные традиции его царствования, и слабая, безвольная регентша, а затем и молодой Людовик XIII оказались игрушками в руках авантюристов. Историки стараются поскорее разделаться с этой унылой эпохой, которая интересна лишь тем, что явилась свидетельницей первых шагов Ришелье. Обе эти эффектные и значительные фигуры — Генрих IV и Ришелье — как бы покрыли своими исполинскими тенями разделяющее их пятнадцатилетие и лишили его самостоятельного значения. Политическая борьба этого периода кажется большинству исследователей бледной по сравнению с кровопролитными религиозными войнами XVI в. Слабое правительство, бессильная, мечтающая лишь о золоте аристократия, мелкие дела и мелкие страсти — вот существующая в различных вариантах характеристика этого «бесславного» времени. В изложении борьбы между абсолютизмом и феодальной аристократией позиции прочих сословий не принимаются в расчет. Речь о них заходит лишь в тех случаях, когда они самовольно появляются на исторической сцене, как, например, третье сословие на Генеральных штатах 1614 г. или парламент в связи с ремонстрацией 1615 г. Отношение к смуте со стороны родовитого дворянства, буржуазии, плебейства и крестьянства определяется исследователями, в лучшем случае, общими фразами. Классовая подоплека и истинный смысл событий (иногда ясно ощущаемые современниками) уступают место изложению бесконечных эпизодов борьбы придворных аристократических партий, военных походов и сражений. Изображенная в таком плане история 1610-х годов превращается всего лишь в цепь событий, следующих друг за другом в простой хронологической последовательности. Обычно, добравшись до 1624 г. (год прихода к власти Ришелье), историки с явным облегчением и удовлетворением принимаются за повествование об одном из самых славных правлений в истории Франции. Грандиозная фигура Ришелье возникает словно из небытия, без связи с предыдущими годами.